...Это строки дневниковых записей давнего автора нашей газеты, журналиста Владимира Левинтаса, ныне проживающего в Израиле, в городе Тверия. И сейчас он вспоминает:
– Часто жизнь висела на волоске, многое мне хотелось запечатлеть на фотокамеру для документов и потомков, отметить в дневнике. Сейчас многое записанное очевидцем переосмысливается и, если бы вернуться в тот период, возможно, что-то можно было бы сделать по-другому, в частности мне, застрявшему в оккупированном Сухуме. Но у истории нет сослагательного наклонения. И потому сегодня я хочу предложить некоторые сохранившиеся в моих дневниках детали, ярко характеризующие и дни оккупации, и моральный облик завоевателей.
«В родной дом моей супруги, где оставалась ее пожилая мать, ворвались семь грузинских вояк и потребовали отдать им золото – мой тесть, умерший еще в 1988 году, был зубным врачом, а значит, по их разумению, у него было много золота. Услышав отрицательный ответ, «воины» приступили к поиску золота по всему дому. Простукивали прикладами автоматов стены, полы. Вскрыли все шкафчики и тумбочки. Ничего не найдя, громко выругались русским матом и удалились, оттолкнув мою тещу от двери, да так, что она отлетела, упала. И это для нее не осталось без последствий».
«В самом начале войны мой товарищ, уезжая с семьёй, попросил присмотреть за своей почти новой машиной «Ладой». Я запер ее в гараже, включив секретный тумблер. Буквально на третий день войны в наш двор вломился целый взвод боевиков – их привел сосед мегрел, и они стали ломать прикладами замок гаража. Машину выкатили, но завести не смогли, не нашли «секретку». Долго возились и, так и не заведя ее, прицепили к военному грузовику и увезли. Больше эту «Ладу» я не видел. Зато стал свидетелем взлома многих гаражей в округе и кражи чужих машин. И не только машин!»
«Перед самой войной мы с соседом по подъезду Николаем Харченко (он жил с семьёй на 4-м этаже, а мы на 1-м) обили железом входную в подъезд дверь, соорудили хороший засов, и когда все жители подъезда вечером были уже дома, я запирал дверь на засов. А когда началась война, это было не очень надежной, но все-таки защитой от постоянных набегов грузинских мародеров, шлявшихся по подъездам домов и взламывающих квартиры людей выехавших, а то и живших в них. Несколько раз они приходили и к нам, орали у подъезда, требуя открыть дверь, стучали прикладами автоматов. А как-то даже прошили автоматной очередью нашу лоджию. К счастью, я успел упасть на пол. Пули застряли в бетонном перекрытии лоджии».
«Как-то мы с женой встретили в городе около телефонной станции знакомого грузина – Реваза Шония. Удивились, он был в форме полковника грузинской армии. И тут моя Циала Аркадьевна говорит «офицеру»: «Вы всё равно проиграете эту войну, а посему забирай семью и драпай в свой Тбилиси». Полковник озверел, схватился за кобуру пистолета, заорал: «Не говори мне эти глупости, расстреляю на месте!» Я еле уговорил его успокоиться, не слушать женщину. Примерно то же повторилось, когда к нам пришли знакомые местные сваны Хвича и Гоча. Они стали кричать, ругаться, когда Циала сказала о бесперспективности их войны в Абхазии. Было и еще много всяких происшествий, свидетельствующих о «воинской чести» оккупантов».
«Как-то я зашел к своему товарищу Алексею Аргун – бывшему министру культуры Абхазии, внесшему огромный вклад в становление Абхазского театра. У нас было о чем поговорить, тем более что наши сыновья – мой Игорь и его Даур – дружили. Алексей жил на 3 этаже девятиэтажного дома. Сидим, говорим, конечно, о войне, о мужестве и патриотизме абхазских ребят-воинов. Вдруг внизу, где были гаражи жителей дома, раздались громкие удары по металлу. Выйдя на балкон, мы увидели такую картину: четверо боевиков с автоматами вскрывали гараж Алешиного соседа, в котором стояла «Волга ГАЗ-31». Хозяин не успел вывезти машину в село Лыхны, откуда он был родом. Грузинские вояки, а это были сваны, судя по их войлочным шапочкам, сломав дверь гаража, заспорили: кому достанется машина? Один здоровый детина, схватив автомат, расстрелял остальных трех, сел в машину и уехал. Выезжая из гаража, переехал колесами одного из убитых. Мы были в шоке от увиденного. Только через несколько часов полиция забрала трупы».
...Не все детали ситуаций тех военных дней записаны мною, не все вспоминается. Невозможно забыть вероломное нападение Грузии на мирную Абхазию, героический дух воинов Абхазской армии и ребят-добровольцев, пришедших на помощь из республик Северного Кавказа, Юга России, из абхазских диаспор разных стран. И, конечно, в памяти и сердце навсегда – великий день Победы!
Публикацию по материалам дневниковых записей,
представленных
Владимиром Левинтасом,
подготовила
ЛИЛИАНА ЯКОВЛЕВА
