мая 20, 2024

Издается с сентября 1991г.

Image

Нестор Лакоба: Жизнь - как подвиг

Имя Нестора Апол­лоновича Лакоба, неутомимого борца за народное счастье, пламен­ного патриота-интернацио­налиста, широко известно, особенно в Закавказье. С его именем связано становление и укрепление национальной государственности абхазского народа.

С победой Советской вла­сти в Абхазии Н. А. Лакоба назначается заместителем Председателя Ревкома и наркома по военно-морским делам ССР Абхазия. С 1922 года он бессменно являлся Председателем Совнаркома Абхазии, позже ‒ Председате­лем ЦИКа. В то же время он являлся членом ЗакЦИКа и ЦИКа СССР ‒ по 1936 год. В годы государственного стро­ительства с особенной силой проявился выдающийся орга­низаторский талант Нестора Лакоба. При этом его отличал взвешенный, трезвый подход к решению политических и хозяйственных проблем.

Известно, какое тяжелое наследие досталось от про­шлого молодой Абхазской со­ветской республике. «Белый террор, расцвет спекуляции, хозяйственный кризис, рас­продажа природных богатств Абхазии иностранному капи­талу, разгул оголтелого шо­винизма, закрепление эксплу­ататорских прав помещиков и кулаков, ‒ писал Н. Лакоба, ‒ вот что принесли рабочим и крестьянам Абхазии триж­ды презренные предатели ‒ меньшевики».

Самым сложным было реше­ние национального вопроса, выбор формы национально- государственного устройства, определение государственно- правовых взаимоотношений Абхазии с Грузией, ЗСФСР и СССР. Занимая ленинскую по­зицию, Н. Лакоба отстаивал идею создания Союза ССР и Закфедерации и вел неприми­римую борьбу с противниками этой идеи.

На 7-й областной парткон­ференции он подчеркивал: «Если мы говорим о строи­тельстве Советской власти, если мы говорим о проведе­нии нашего партийного кур­са, мы должны в голову всей нашей работы ставить наци­ональный вопрос... Если по­этому вопросу мы столкнемся, то вся наша работа будет хро­мать. Национальный вопрос будет упираться в повседнев­ную нашу практическую рабо­ту, даже в вопросе о том, кого назначить и кого вышибать из наших учреждений».

Нестор Лакоба был пламен­ным пропагандистом идей дружбы между народами. Он уделял много внимания укре­плению братских связей со всеми советскими республи­ками. Неоднократно говорил, что судьба Абхазии зависит не только от абхазцев, но и от русских, армян, греков, грузин и других националь­ностей, населяющих Абха­зию. Особо отмечал он при этом заслуги армянского на­рода. В речи на траурном за­седании по случаю гибели А. Мясникова и Г. Атарбекова Н. Лакоба говорил: «Барометр угнетавшегося абхазского на­рода весьма чувствительно определяет качества людей и их подлинные настроения. Покойный товарищ Мясников был интернационалистом, другом абхазца-крестьянина, абхазца-рабочего. Наш общий любимец товарищ Атарбеков, которого в стане наших про­тивников и в обывательских кругах считают «человеком- зверем», был на самом деле весьма мягким и жизнера­достным человеком, но в то же время лютым врагом кон­трреволюционных темных сил... Они были, несомненно, интернационалистами с ног до головы, истинными дру­зьями трудящихся Абхазии, теми непосредственными дру­зьями, в которых Абхазия так сильно нуждается».

Рядом с Нестором Лакоба в руководстве республики были и такие видные деятели ре­волюционного движения, как нарком РКИ, член Президиума АбЦИКа Левон Теракян, пред­седатель Госплана ЦИКа Аб­хазии Михаил Петросян, член ЦИКа Абхазии Ованес Мина­сян, член БРК, комиссар Крас­ной Армии Хазар Керселян, член ВРК, начальник отряда охраны Марухского перевала Геворк Топчян, а также члены ЦИКа А. Демирчян, С. Кочко­нян, С. Бегьян и другие. Нема­ло армян работало и в район­ных органах управления.

Велики заслуги Н. Лакоба в создании и упрочении ор­ганов власти в центре и на местах, укреплении Советов в Абхазии, разработке важней­ших законодательных актов. Он был одним из авторов пер­вой Конституции ССР Абхазии и инициаторов введения в ре­спублике трех государствен­ных языков ‒ абхазского, гру­зинского и русского.

Н. Лакоба сыграл большую роль в проведении в жизнь ко­ренизации госаппарата и на­ционализации делопроизвод­ства, вовлечении в советское строительство активистов из среды рабочих, крестьян, осо­бенно женщин, и представи­телей интеллигенции. Среди них были и такие представи­тели армянского населения, как председатель Лабрского ревкома Амбарцум Чолакян, член ЦИКа Абхазии Арменак Кетикян, один из руководи­телей табачной кооперации Акоп Зейтунян, председатель Псырцхского сельсовета Да­вид Казанджян, председатели колхозов Мелик Задыкян и Са­муил Керселян, председатель Анухвокого сельсовета Арзу­ман Кещян. В целом в 1926 году в высших органах власти в Абхазии были представле­ны: абхазцы ‒ 8,3 проц., ар­мяне ‒ 6,9 проц., греки ‒ 6,8 проц.

Н. Лакоба умел доходчиво, живо, образно доносить до со­знания каждого идеи партии, проявляя при этом остроумие. Критикуя оппозиционеров на IX областной партконферен­ции, он говорил: «Абхазская пчела не заражена никакими «социальными» и «политиче­скими» болезнями, у нее нет ни национального вопроса, ни вопроса внутрипартий­ного положения, головотяп­ством она не занимается, а дает очень вкусный, извест­ный всему миру мед. За этой пчелой поухаживать было бы куда интереснее, чем хотя бы за нашими абхазскими оп­позиционерами, потому что оппозиционеры много святых правил нарушают, а пчела дает прекрасный мед». За его принципиальную позицию Н. Лакоба часто доставалось от оппозиции, ставившей даже вопрос об освобожде­нии его с поста Председателя СНК.

Почему же Нестора хотели убрать из Абхазии? Да потому, что он стремился управлять республикой независимо от центра и местной оппозиции. На съезде Компартии Грузии в 1925 году С. Орджоникидзе откровенно заявил: «Абхаз­цы составляют меньшинство, но нет ни одной националь­ности, имеющей абсолютное большинство. На этом осно­вании кое-кому кажется неза­конным само существование Абхазской Республики. Они (оппозиция. ‒ Б. С.) требуют, чтобы Абхазское правитель­ство было по милости грузин, населяющих Абхазию... Дайте нам, мегрельцам, послушное абхазское правительство! Вот действительная подоплека абхазской драки...».

Не зря говорят, что история повторяется! Разве не так же вела себя и недавняя оппози­ция в Верховном Совете Абха­зии во главе с Т. Надарейш­вили, В. Колбая, Г. Ломинадзе и др., действовавшими против В. Ардзинба? Они угрожали тем, что если Ардзинба не подчинится их воле, то они го­товы создать «параллельные органы власти», т. е. вторую республику в Абхазии. Их пре­ступная политика и привела к грузино-абхазской войне. И сейчас они продолжают свои неблаговидные дела, создав правительство Автономной Республики Абхазии из чис­ла тех же мегрельцев, что не столь давно были переселены сюда из Западной Грузии. А не уместнее ли было бы им соз­дать за Ингуром свою, родную мегрельскую республику?

Но вернемся в прошлое. В деятельности Н. Лакоба боль­шое место занимали вопросы, связанные с коллективизаци­ей сельского хозяйства. Здесь не было диктата и нажима. В Абхазии использовались раз­личные формы кооперации, в том числе колхозы, в сельское хозяйство внедрялись новые технические и субтропиче­ские культуры.

Н. Лакоба высоко ценил труд крестьян ‒ армян, греков и часто ставил их в пример другим. На II съезде Советов в 1923 году, остановившись на развитии табаководства, он сказал: «Война застави­ла покинуть Абхазию (речь идет о меньшевистском пери­оде. ‒ Б. С.) пионеров таба­ководства ‒ греков и армян, унесших с собою и знания, и опыт. Война закрыла загра­ничный рынок абхазским та­бакам. Гражданская война и меньшевистская политика от­рывают Абхазию от главного, основного своего рынка сбыта ‒ России». (Не подобным ли образом действуют и, нынеш­ние наследники меньшевиков, мечтая блокировать Абхазию со всех сторон?). Н. Лакоба всячески протестовал против эмиграции армян и греков из Абхазии.

Нестор Аполлонович был всегда тесно связан с наро­дом, пользовался большой популярностью и искренним уважением трудящихся.

В 1935 году Абхазская AССP была награждена орденом Ленина за успехи, достигну­тые в сельском хозяйстве и промышленности. Орденом Ленина был награжден и Не­стор Аполлонович. Этот выс­ший орден страны ему был вручен за выдающиеся успехи в руководстве республикой, и одновременно ему вручи­ли орден Красного Знамени «за личные боевые подвиги в период Гражданской войны». За три года до этого Н. Ла­коба был награжден орденом Трудового Красного Знамени ЗСФСР.

Но огромный авторитет, ко­торый завоевал Лакоба в Аб­хазии и в целом в стране, не устраивал тех, кто уже давно стремился убрать его с поли­тического пути. Эта борьба обострилась с конца 20-х го­дов.

На пленуме ЦК КП Грузии в июне 1928 года Н. Лакоба от­крыто заявил: «Ни одного за­седания пленума ЦК, ни одно­го собрания в центре нельзя вспомнить, чтобы во всех па­дежах не склонялась Абхазия. Это с одной стороны. С другой стороны ‒ нельзя не отметить такого явления: одни секре­тари обкома Абхазской орга­низации говорят: «Поедем в Абхазию при условии, если ЦК Лакоба снимет...». Спрашива­ется: чем мы это заслужили? За 8 лет, давайте говорить по-серьезному, был ли слу­чай, чтобы Абхазия по како­му-нибудь принципиальному вопросу, по национальному и другим вопросам, провали­лась. Никогда такого случая не было, и все же во всех па­дежах и по каждому поводу Абхазия склоняется».

В 1928 и 1929 годах на про­верку деятельности Абхазского правительства по националь­ному и другим вопросам из Москвы и Тбилиси приезжали комиссии во главе с Кады­ровым, Цейтлиным и Берия. Нельзя не сказать о приезде Сталина на отдых в Абхазию в октябре 1929 года. Сталин оз­накомился с материалами вы­шеназванных комиссий и взял их с собой. Сохранилось его письмо на имя Н. Лакоба и се­кретаря обкома П. Меладзе от 19 октября 1929 года. Сталин обвинил Нестора в том, что он ведет политику опоры на все слои абхазского населения и порою считает возможным не считаться с обкомом партии, а обком упрекнул в том, что тот «сочувствует установке на немедленное снятие Лако­ба», что обком нe учитывает специфические особенности абхазского уклада, «сбиваясь иногда на политику механи­ческого перенесения русских образцов социалистического строительства на абхазскую почву». В сталинском письме Нестор характеризуется по­ложительно, подчеркивается, что он старый большевик, всегда «дрался в рядах боль­шевиков против меньшевист­ской своры».

После этого жалобы на Ла­коба со стороны Тбилиси и здесь, в Абхазии, временно прекратились. Но нажим из центра продолжался. Это вид­но и из того факта, что сессия ЦИКа Абхазии в апреле 1930 года приняла постановление о расторжении союзного до­говора с Грузией, который, дескать, «потерял реальное значение». Договорная ССP Абхазия была переименова­на в автономную республику, хотя этот вопрос должна была бы решать не сессия, а съезд Советов Абхазии. Но в повест­ку дня он не был поставлен. Надо ли говорить, как встре­вожен был Н. Лакоба тем, что Абхазия потеряла свой суве­ренитет, независимость.

Роковую роль для Абхазии сыграл приход к власти в Гру­зии и Закавказье Л. Берия. Увы, надо сказать, что такому выдвижению его способство­вали Н. Лакоба и В. Ладария. Они поддержали его кандида­туру как своего земляка. Это было трагической ошибкой абхазских руководителей.

Абхазские руководители не спешили с коллективизацией. В постановлении ЦИКа Абха­зии от 7 марта 1931 года по колхозному строительству отмечалось, что недооцени­вается значение середняка, иногда к нему применяются методы раскулачивания. Меж­ду тем середняки составляли в Абхазии 69 процентов сель­ского населения. Но Берия не хотел с этим считаться, спеша порадовать Политбюро по­бедными сводками. Выступая на пленуме ЦК КП Грузии 20 января 1932 года, В. Ладария сказал: «Разве не факт, что он (Л. Берия. ‒ Б. С.) в Гуда­утском районе предлагал нам именем ЦК окружить сход и расстрелять?».

Обстановка накалялась. Пленум ЦК КП Грузии, рас­смотревший итоги обмена партдокументов, отметил, что «партийно-политическая работа в Абхазской партор­ганизации и в особенности в г. Сухуми поставлена неудов­летворительно». В январе 1936 года В. Ладария и его зам. М. Эхвая были освобож­дены с работы. Это был се­рьезный удар, направленный против Н. Лакоба.

Сталин пока делал вид, что уважает Лакоба и считает его своим другом. На подарен­ном Нестору своем фото он написал: «Товарищу и другу Лакоба от И. Сталина». Труд­но сейчас сказать, что это означало... Во всяком слу­чае Берия, ревнуя Лакоба к Сталину, замысливал ковар­ные акции против Нестора, в конце концов, дело дошло до его трагической гибели. Из­вестно, что он был отравлен в семье Берия и скончался в больнице им. Камо. Между тем в заключении грузинских врачей сказано: «Вскрытие тела тов. Лакоба обнаружило, что главным заболеванием, вызвавшим смерть, является склероз коронарных сосудов сердца...».

Похороны Н. Лакоба состо­ялись 31 декабря 1936 года. Весть о его трагической гибе­ли молниеносно облетела всю страну. В Абхазию шли теле­граммы из Москвы и других городов страны, от руководи­телей всех республик, членов Политбюро. От всех, кроме Сталина.

Провожая в последний путь Нестора, люди еще не зна­ли, что настоящая трагедия абхазского народа начнется вскоре после смерти его лиде­ра. Буквально через неделю, 7 января 1937 года, закрытое заседание бюро обкома пар­тии записало в постановле­нии: «Отметить, что в связи со смертью тов. Н. Лакоба имеет место антисоветская провокация со стороны враж­дебно настроенных элемен­тов. Отдельные партийные организации и коммунисты не ведут необходимой борьбы по разоблачению этих элементов и не дают им соответствую­щего отпора. Поэтому: а) про­вести решительную борьбу по разоблачению этих элементов и немедленному пресечению имеющих место провокаций, со стороны кого бы они ни ис­ходили; б) поручить УНКВД по Абхазии (Т. Жужунава) привлекать к ответствен­ности органами НКВД лиц, ведущих эту антисоветскую провокацию; в) предложить секретарям Сухумского гор­кома и райкомов заострить бдительность коммунистов против этих антисоветских вылазок, принимать строгие меры партвзыскания, вплоть до исключения из партии; г) снять зав. спецлечсектором НК-здрава д-ра Семерджиева с работы за попытку дискре­дитации опубликованного в печати официального врачеб­ного акта вскрытия покойного Н. Лакоба».

С принятием этого доку­мента, предложенного ЦК КП Грузии, в Абхазии начались массовые аресты по делу Н. Лакоба ‒ «о контрреволюци­онной, диверсионно-вреди­тельской, террористическо- повстанческой, шпионской организации в Абхазии». На­род должен знать всю правду об этом, и мы постараемся рассказать об этом в последу­ющих публикациях.


Баджгур САГАРИЯ,

доктор исторических наук, профессор

(Статья была написана спе­циально для газеты «Крунк»

в июне 1995 года)

Image

ЗДОРОВЬЕ | COVID-19

СПОРТ

Популярные статьи

Login to your account

Username *
Password *
Remember Me