В. Терьян получил бле­стящее для своего времени образование: после оконча­ния Лазаревского института восточных языков в Москве, он продолжил учебу на от­делении русского языка и литературы историко-фило­логического факультета Мо­сковского университета, а в 1916 году окончил восточный факультет Петербургского университета.

В. Терьян пользовался глу­боким уважением и доверием у В.И. Ленина, назначивше­го его в конце декабря 1917 года на ответственную долж­ность в системе народного комиссариата по делам наци­ональностей, где создавались национальные комиссариаты и отделы. Комиссариат по армянским делам возглавил Варлам Аванесов, его заме­стителем стал В. Терьян, вы­полнявший особые поруче­ния вождя революции. Так, например, «член Коллегии Комиссариата по армянским делам Ваан Терьян, Советом народных комиссаров в каче­стве советника уполномочен быть внесенным в состав де­легации, которая ведет пере­говоры в Брест-Литовске…» (В.И. Ленин, 11 января 1918 года). Кстати, очень тепло отзывался о Ленине Терьян, называя его «светлым, удиви­тельным и открытым челове­ком».

Ваан Терьян… Заветное и дорогое для меня имя. И не только потому, что его стихи сопровождают нас со школь­ной скамьи. Еще и потому, что будучи учеником 10 класса, я, как начинающий юный лите­ратор, в 1974 году имел честь встретиться с дочерью Ваана Терья­на – Нвард Терьян-Эмин, находящейся в Абхазии для сбора материалов о пребывании ее отца на лечении в са­натории Кош­ко. Так, ей удалось най­ти несколько архивных документов, свиде­тельствующих о том, что вра­чи рекомендовали В. Терьяну срочно отправиться в Сухум для лечения туберкулеза. О серьезности своей болезни знал и сам Ваан Терьян. Вот что он пишет 16 января 1917 года своему старшему брату Араму: «Я доживаю послед­ние дни своей жизни… Уме­реть не больно, но умереть сейчас – это двойная смерть… Сколько незаконченных дел… Все меня обманывают, кроме боли, она душит меня».

В начале февраля В. Те­рьян приезжает в Сухум. Че­рез несколько дней он пишет председателю Кавказского общества армянских писате­лей Ованесу Туманяну: «По­корнейше прошу срочно об­ратиться к местным властям, дабы защитить меня от изде­вательств доктора Шульца и директора санатория. Не зная здесь никого и будучи боль­ным, я беспомощен, бесси­лен. Терьян». Благодаря вме­шательству многоуважаемого и авторитетного Ованеса Туманяна, отношение врачей к Терьяну в корне меняется. А «издевательства доктора Шульца и директора санато­рия» над Терьяном, как рас­сказала мне Нвард Терьян- Эмин во время нашей беседы в кабинете директора школы Жоржа Суреновича Эрукяна, начались после того, как Те­рьян объявил голодовку из-за халатного отношения к боль­ным и некачественного при­готовления пищи.

Уже в марте Терьян чувству­ет себя хорошо: «Самочув­ствие мое гораздо лучше, но я еще должен лечиться». А в первой половине апреля 1917 года та же газета «Мшак» со­общает: «Из Сухума в Тифлис возвратился поэт Ваан Терьян, более двух месяцев про­ходивший там курс лечения. Здоровье его заметно улуч­шилось, и можно полагать, что опасность миновала».

Артавазд САРЕЦЯН

На снимке: Нвард Терьян-Эмин с учащимися сухумской армянской школы.

1974 год.