В разгар грузино-абхазской войны был организован Восточный фронт. В его штаб были зачислены, помимо других, Игорь Гургулия и я. На одном из заседаний штаба меня избрали руководителем операций по обмену населения и военнопленных. Обменивали в основном живых грузин и абхазов, но случалось, что и убитых грузин обменивали на наших живых граждан.
В один из дней, хорошо помню, мы обменивали троих убитых на двух наших пожилых женщин, застрявших в захваченном противником городе Очамчыре. На обмен обычно ездили на машине «КамАЗ», и всегда меня сопровождали Иона Адлейба и комиссар Мыкуского батальона Нодар Асландзия. Обмен производился на позиции между селами Мыку и Араду. Женщины, которых мы в тот день должны были обменять, оказались родственницами, их вместе прятали в своем подвале знакомые соседи (фамилий не помню). Обмен состоялся. На обратном пути спасенные и пришедшие в себя женщины, довольные проведенной нами гуманитарной акцией, стали нас расспрашивать:
– Нанраа, каких вы фамилий?
– Этот, что за рулем, Адлейба, зовут его Ионой, сын Джгуза, а я Думаа, – сообщил я им.
– Нан, ты не в родстве с Думаа Нестором? – спрашивает все та же женщина.
– Я сын Нестора, – ответил я.
Обрадовавшись услышанному, пожилая женщина благословила и пожелала всего самого наилучшего. После этого, наклонившись ко мне доверительно, произносит:
– Нан, сын Нестора, спрошу об одном. Нан, почему убили нашего Ардзинба, нашего предводителя, на которого глядели с надеждой, что нас теперь ждет, кто его предал?
Мы были уже близко к границе между Мыку и Члоу, когда с Ионой, оторопев от услышанной со множеством вопросов информации, долго глядели друг на друга.
– Нет, ди, Ардзинба никто не убил. О чем ты говоришь, кто это тебе сказал? – как-то резко я отреагировал. – Он жив и уверенно руководит своим народом, – добавил чуть мягче.
– Аа, нан, будь святой земля, на которой ты стоишь, если говоришь правду, – сказала она в ответ.
– Но кто сказал тебе о том, о чём нам рассказываешь? – снова спрашиваю.
– Мы не могли, естественно, высунуться на улицу. Три дня назад, нан, всю ночь до утра стреляло имевшееся в наличии всё их оружие, включая пулемёты. Мы и так были напуганы, а эта стрельба совсем вывела из себя, сердца наши чуть не остановились. К утру стрельба прекратилась. Когда спросили женщину, которая нас прятала, она ответила, что была перестрелка между абхазами, и они убили, оказывается, Ардзинба, поэтому здесь и стреляли беспрестанно, обрадовавшись такой новости. После ухода женщины, нан, мы долго его оплакивали, – рассказала пожилая женщина.
– Как сын обманщика не мог нарадоваться, по абхазской поговорке, так и эти обманутые грузины зря на радостях все уши заложили людям своими оружейными салютами. Пусть стреляют просто в воздух, если эти патроны не уносят ничьих жизней, пусть Бог тебя сделает свидетельницей таких пустых выстрелов всего их оружия, – так постарался подбодрить её. И спросил: – а что говорили сейчас, когда вы уходили из города?
– Кто нам рассказал бы о делах армии?! Остальной их народ думает, что это так и есть, что это правда. Пусть они исчезнут с нашей земли! – добавила она. – Как вы обрадовали! Пусть Бог всегда нас радует, пусть победа будет нашей, прошу Всевышнего! – благословила она нас.
Аполлон Думаа
Перевела
с абхазского языка
Заира Цвижба
