Хорошие человеческие отношения – теплые чувства, любовь, дружба, взаимопонимание – всегда были и есть между разными народами.

Действительно, для добросердечных отношений людей, как говорится, не имеет значения их национальность, вероисповедание, родословная.

Я хочу в своем материале конкретно остановиться на не часто встречающиеся сегодня дружбу и сердечность, порожденные возникшими ранее, десятилетия назад, прекрасными человеческими взаимоотношениями.

Где-то в середине июня из сухумской гостиницы «Страна Души» мне позвонила моя знакомая Юлия Лакоба. «Алиса, тут со мной рядом стоит отдыхающая из Иваново, она говорит, что хорошо знает Гожбовцев, твоих отца и дядю очень расхваливает, бывала и в вашем селе Хуап, хочет вас отыскать. Я передам ей телефон, если у тебя есть время поговорить с ней», – сказала Юлия. Когда я услышала название города, сразу поняла, что речь идет о человеке, знавшем моего отца Беслана Гожба. В советское время, в 60-х годах, мой отец проходил военную службу в городе Иванове, поэтому в моей детской памяти запечатлелись и до сих пор помню связанных с Иваново немало рассказов и воспоминаний отца.

«Как нет времени, передайте ей телефонный аппарат!», – сказала я, удивленная услышанным и безгранично этим обрадованная.

Незнакомую мне женщину я ждала как родную, изнутри меня согревало какое-то тепло. Как только мы поздоровались, волнуясь, я спросила: «Вы, наверное, знали Бесика Гожба?» Я слышала от отца, что в армии, конкретно русские не называли его полным именем, а укороченным «Бесик», поэтому так и сказала. Но сильно удивилась, когда она назвала отца полным именем.

– Беслана знаю и его брата Мирода знаю. Армейского командира Беслана, Николая Рябчикова, дочка я – Лариса Николаевна Рябчикова. Мы всей семьей были в гостях в Хуапе в 1968 году. Отец Николай, мать Валентина, старшая сестра Людмила, ей 15 лет было тогда, я, мне – 14 лет, и наш младший брат Александр.

Отец был полковником, возрастом и званиями старше Беслана, но он любил и уважал его – солдата, а потом старшего сержанта, относился к нему как к собственным детям. Моя мама Валентина работала медсестрой в части, где проходил службу Беслан, и она также очень его уважала.

Помню, что мой отец всегда ставил в пример Беслана, напутственно говорил подчиненным ему солдатам: «Проявляйте бесстрашие и смелость, как Беслан!».

Мы решили назавтра продолжить наше знакомство с Ларисой и её сыном Максимом Пожаровым и пригласили их к себе домой, чтобы, как подобает по-абхазски, угостить национальной едой. Мы постарались оказать максимум внимания, и прощались с большой теплотой. Они в свою очередь оставили нам памятные подарки. Словом, наше знакомство, общение прошли в незабываемой сердечной обстановке.

Лично я удивляюсь шагу, который сделала Лариса Николаевна столько лет спустя. Очень интересна причина такого шага. Я думаю, что причина, безусловно, в дружбе, сердечности, добрых взаимоотношениях, которые даже через столько лет не дали ей возможности забыть моего отца и его родню из нашей деревни.

Лариса Николаевна с высшим образованием, экономист, преподаёт, также пишет стихи, в свет вышли её сборники «Превратности судьбы» и «Сторона моя родная…». По её словам, она пять лет тому назад отдыхала в городе Гудауте, и когда увидела на баннере фото Мирода Гожба, узнала его, и многих встречных спрашивала, не знают ли они его. К сожалению, никто не направил её на наш след, чтобы смогла нас отыскать, встретиться с нами. «Мирод погиб, Беслан также ушел из жизни», – сказали Ларисе, и это при том, что, слава Богу, существуем мы – их семьи, продолжатели рода Гожба. Словом, не удосужились люди, не взяли на себя какую-то малую трудность и ответственность в такой ситуации. Но не обделенная знаниями и умом женщина, в свое время запомнившая особое поведение и человечность моего отца Беслана и дяди Мирода (к тому времени меня еще не было на свете), не забывшая также гостеприимство нашего дома, смогла во второй приезд в Абхазию найти нас, правда, не застала отца Беслана и его брата Мирода. Увы!

Во время нашего общения Лариса Николаевна вспоминала сохранившееся в её душе время пребывания в 1968 году в Хуапе, как наша семья их встречала чистосердечно, как она моей бабушке Щуще, которую также помнит прекрасно, помогала чистить индюшку. Она до сих пор не забыла выученные ею тогда абхазские слова, и мы этому поразились. «Сылашара дыспылоит ачеиджика иманы» («Милый встречает меня с хлебом и солью») – так на абхазском начала она говорить, войдя в наш дом здесь, в Сухуме, и этим подняла нам настроение. Эти слова подтверждают, по моему мнению, сохранившиеся к абхазскому народу любовь и уважение к их языку. Удивительно, что выученные ею в 14-летнем возрасте слова и целые предложения Лариса Николаевна, которой сегодня идет 71-й год, не только запомнила, но и произносит безукоризненно чисто.

За короткое время общения мы к ней прикипели душой как к очень близкой родственнице. Многое её беспокоило в нашей судьбе и судьбе ушедших из жизни наших близких, о многом расспрашивала, переживала.

– Мирод – герой, вы счастливы, что в своем роду имеете такие яркие личности, как Беслан и Мирод, уверена, что к их памяти относитесь с благоговением, будьте достойными своих предков, и нет сомнений, это чувствуется по вашему поведению, что вы такими и являетесь, – сказала она нам.

Признаться, для меня, моих братьев и детей моего младшего брата многое значат эти её слова и то, что Всевышний дал нам возможность встретить гостей, сумевших в честь дружбы, с возникновения которой прошли многие годы и десятилетия, найти нас и повидаться. Эта дружба отныне возрождена!

И хотя мои отец и дядя не дожили до этого дня, но думаю, их души видят, что мы смогли как подобает выполнить долг абхазского гостеприимства.

Говорят, что гость приносит с собой семикратное счастье, уходя, одно счастье он забирает с собой, а шесть – оставляет.

Что для абхаза есть выше такого счастья, как обретать друзей и принимать их у себя?! Для нас каждый человек, оказывающийся в нашей стране с открытой душой, какой бы ни был национальности, является всегда другом, братом, родным.

Алиса Гожба

Перевела с абхазского

Заира Цвижба