представил эту достаточно утонченную сферу интимных мироощущений, в разные периоды нашедших самобытное и яркое воплощение в творчестве Б.Шинкуба, М.Ласуриа, Т.Аджба, Р.Смыр и других абхазских классиков. Я постарался, насколько возможно, сохранить эти нюансы в переводах.
***
– Амарджа, амарджа!* Эх, беда, беда!..
– А в чем же дело? – воскликнула она –
– Эх, выпорхнуло сердце из гнезда –
Эх, амарджа! Эх, беда, беда!
О, бедолажная моя душа!
–Ты не волнуйся, мы ее найдем!
Мы ее хозяину вернем! –
Вот так шептала что-то мне, как стих,
Виновница страданий моих –
Но вновь с утра, в обед и вечерком,
Моя душа за Ней бежит тайком...
* Амарджа – в данном случае
сигнал бдительности.
***
Кто ж уронил горящий уголь
Украдкой мне – за воротник?
Я содрогнулся с перепугу:
«А вдруг угаснет пламя вмиг?!»
Но так оно объяло душу,
Что трепетал огонь в огне –
Не страшно, если чувства душат –
О, лишь бы не сгореть в огне!
***
Ты смеялась. Но к чему ж колдовство?
Душу свою я доверил другой!
И во взгляде твоем я усек озорство,
Не сгорел я в огне твоих чар – Я –живой!
Нашим сердцам не стучать в унисон,
Замереть от походки твоей не боюсь,–
О, был я когда-то ужасно смешон,
Ласкал я пушистую шавку твою –
Втайне от звезд и мамы твоей,
Не буду я щеки твои целовать!
Не стану я косы твои расплетать,
И шарф твой под ливнем осенним искать –
Вдруг, скинув рубашку,
ты в речку нырнешь –
Достану ль я ржавым
крючком – ты поймешь?! –
Жемчужные зерна шуток твоих?
Блестки гортанных криков твоих?
Ты спросишь: какой-ты?
Скажу: никакой.
Ведь душу я отдал чародейке – другой!
***
Притворившись, что меня не видит,
Глядела вдаль лукавым взглядом.
А я следил с невинным видом,
За жестами стоявшей рядом.
Прикинувшись ужасно грустным,
Я кофе отпивал глотками.
Кокетки молчаливой мысли
Нежданно вдруг раскрылись сами.
И, будто схвачена волною,
В плену сомнительной минуты,
Не в силах совладать с собою,
Она ждала моей защиты.
Совсем друг друга потерять
Мы не могли, но нашим встречам
Сердца препятствуют опять.
О, милая, пора понять:
В разлуке жизнь недолговечна.
