Чтобы собрать ценный материал и рассказать о нем читателям, я прихожу в Очамчырскую пожарно-спасательную часть (ПСЧ). За шлагбаумом открываются площадка и главные ворота, а по сторонам густо высажены деревья, благоухающие кустарники и цветы. Меня проводят наверх к руководителю, но перед этим я не удерживаюсь и бросаю восхищенный взгляд на ярко-красные кузовы пожарных машин. Это только кажется, что «железные кони» мирно спят, на самом деле в любую секунду они готовы сорваться с места и отправиться по вызову, оповещая гулом всю округу: «Кто-то нуждается в помощи, мы спешим!»
В кабинете начальника ПСЧ Мурмана Пачулия хранится исторический формуляр — большая книга в твердом красном переплете. Аккуратные записи на разлинованной пожелтевшей бумаге рисуют портрет далёкого времени. Первые из них сделаны в 1959 году, со ссылкой на архивные документы, грамоты и воспоминания прежних работников. Открываем начало: «В 1926 году при Союзе пищевкуса была организована чисто добровольническая пожарная дружина. Руководителем ее был Ховноси Александр Иванович. Вооружение: 1 ручной насос».
На страницы раритетного документа наклеены чёрно-белые фото Очамчырской городской пожарной команды разных лет (от 1930-х до 1960-х). Сменяются лица, обмундирование и снаряжение. Вот команда у ворот своей части, а вот на семинарских сборах и соревнованиях пожарных команд в Сухуме. Самый старый из снимков — 1933 г. с подписью: «Первая коммунальная пожарная охрана, преобразованная в 1930 г.» Здесь работе пожарных уже помогали конно-линейный ход, две лошади и одна бочка, лестницы, а также восемь комплектов боевой одежды и снаряжения.
В 1935 г. пожарную охрану передали в ведение НКВД, появилось больше рабочих мест, ввели форменное обмундирование и даже подняли заработную плату — «с 80 рублей в месяц увеличилась до 130 руб. рядовому бойцу». Первый пожарный автомобиль очамчырской команде был передан в 1937 г. сопровождающим из Москвы по железной дороге (ГАЗ-АА-ПМГ-1 с полным вооружением).
На фото 1935–1937 гг. команда расположилась перед деревянными воротами пожарной части. За спиной — портреты Ленина и Сталина. Форма у работников добротная, лица строгие. На парадном фото решили запечатлеть даже маленькую дворнягу, которую придерживает за лапы молодой боец.
Записи о тушении пожаров начинаются с упоминания сгоревшей в январе 1933 года одноэтажной деревянной гостиницы «Ялта». В 1934 г. во время наводнения (из-за разлива р. Адзыквы) пожарные спасли три семьи и имущество «Абхазторга», в т.ч. 630 бочек с повидлом. В 1939 г. спасатели выручили из беды ещё одного человека — с ожогами доставили в больницу его и «бойца-героя», который эвакуировал имущество погорельца.
Очамчырская ГПК активно продолжала работать и во время Великой Отечественной войны. В 1943 г. в Очамчырском военном порту во время строгой светомаскировки ночью возник пожар. Горели три деревянных склада, в которых хранились бочки с карбидом, лаками, красками, кислотой, спиртом, кислородными баллонами и др. Огонь угрожал перейти на стоящий в бухте корабль. Рискуя жизнью, команда пожарных работала в условиях взрыва ацетилена и разрыва баллонов. Руководил тушением начальник ГПК Чеботаев С.Н., фамилия которого часто упоминается на страницах формуляра в период с 1930-х по 1950-е годы.
В разделе «Награды и поощрения» можно узнать, чем одаривали пожарных «за энергичную работу и проявленную инициативу» в 30-е годы. Например, «пятью метрами сукна на майские праздники», малокалиберной винтовкой, карманными часами и даже фотоаппаратом.
Сегодня официальное название подразделения — Пожарно-спасательная часть по охране Очамчырского района МЧС РА, она находится в ведении Министерства чрезвычайных ситуаций. В распоряжении ПСЧ — пять пожарных машин (одна с автоматической лестницей до 5 этажа), две спасательные машины (в т.ч. пиротехническая для разминирования) со снаряжением и санитарная авиация со «скорой помощью».
Коллектив Очамчырской ПСЧ — 54 человека по штату, но руководитель жалуется на большую «текучку» кадров из-за низкой зарплаты. Средняя заработная плата работников — около 15 тысяч. В республике это — размер минимальной оплаты труда. И это при том, что есть переработка и приходится рисковать жизнью.
Мурман Пачулия работает в Очамчырской ПСЧ уже 42 года, офицер, на службе прошел все ступени от рядового до руководителя. Крепко сложенный, с живыми карими глазами, Мурман Ингиштерович во время разговора может найти время и для шутки. «Мальчишкой, — вспоминает он, — всегда с интересом заглядывался на пожарные машины, проходя мимо части по дороге от дома к морю». Здесь, в ПСЧ, которая стала вторым домом, до него работал отец Ингиштер, а несколько лет назад присоединился сын Ираклий.
После войны 1992–1993 годов Мурман Пачулия был назначен начальником пожарной части. К этому моменту специальной техники, годной для работы, не осталось. Пришлось собирать все по частям. Среди тех, кто помогал и поддерживал, – ст. инспектор по противопожарному надзору Вахтанг Габуния, командир отделения Ибрагим Голава и многие другие. В 2016г. не стало одного из помощников — замначальника Нодара Пачулия.
«Всю красоту вокруг здания ПСЧ — клумбы и зелёные насаждения — коллектив создал своими руками», — делится начальник пожарной части. Внутри здания чисто и аккуратно, рядом с кабинетом руководителя — отдельный уголок с грамотами, фотографиями. «Я говорю своим сотрудникам: мы больше времени проводим на работе, давайте постараемся, чтобы нам было комфортно... Ребята все делают с душой».
В минуты спокойствия пожарные находятся в постоянной боевой готовности, регулярно занимаются спортом, физическая подготовка у них на высоте, и потому сдают нормативы и показывают хорошие результаты в соревнованиях по пожарно-прикладному спорту. На счету Очамчырской пожарной части – спасение людей, их имущества, тушение пожаров административных и промышленных зданий, детских садов, магазинов. Спасатели МЧС помогают человеку на земле, на воде и в горной местности, разбирают последствия наводнений и ДТП, занимаются разминированием.
За много лет спасатели видели много человеческого горя. «Бывало, жалко до слез, — говорит М. Пачулия. — Работа у нас такая, людей надо спасать, не падать духом. Виду не подавать — страшно или нет. Ну, сюда трусы и не идут. Откуда люди убегают, получается, мы туда наоборот стремимся. Чтобы помочь…»
