Прежде чем снова обратиться к вам, я долго ломал голову, стоит ли поднимать такие вопросы, может быть, это я, человек старый, все усложняю. Но недавние мои впечатления и огорчения, а еще правильнее сказать, и возмущение, мои сомнения отодвинули. Но решить вопрос – нужно ли все это читателю, нужно ли все это газете, – я оставляю вам. А теперь  по порядку и, очень постараюсь,   коротко.

Убежден, что многие наши граждане не так давно посмотрели по абхазскому телевидению в «Прямом эфире» передачу, посвященную серьезной государственной проблеме. Обсуждали эту проблему одна женщина и трое мужчин. (О телеведущей я не говорю.) Все четверо обсуждающих – люди в обществе достаточно известные, обладатели солидных чинов – кто-то, правда, при большой должности был в недавнем прошлом, но на их популярности это никак не отражается. Не буду трогать тему передачи, она, конечно, важная. Но я не могу промолчать или сделать вид, что не обратил внимания на то, как вели себя эти мужчины, абхазские мужчины, общаясь с женщиной. Кричали, размахивали руками, перебивали, не слушали ее. И так длилось более часа. Еще раз говорю: дело не в том, какой вопрос они обсуждали. Дело в облике абхазца, мужчины. И заговорил я об этом потому, что в последнее время я, к очень моему большому и горькому удивлению и сожалению, не раз становился свидетелем подобных картин. Есть ли у таких мужчин представление о том, как в нашем Апсуара, а это морально-этический Кодекс абхазской нации, говорят о нравственных ценностях, о традициях культуры, какие человеческие качества называют лучшими? А называют такие: честь, совесть, благородство, мужество, гостеприимство, скромность, терпение, уважение к старшим, к женщине. «Уважительное отношение к любому человеку, как к самому себе, входит в обязательные нормы абхазского этикета» – такое правило закреплено в нашем Кодексе. (Многое мне знакомо с детства, но я и сейчас не поленился, заглянул в работы наших ученых, которые занимались вопросами Апсуара и Аламыса. И я укрепил свои знания о правилах и принципах абхазской морали и этики.)

В моей памяти еще одно «явление», увиденное нынешним летом и расстроившее меня, потому что это тоже было на тему о благородстве, воспитанности, об уважении к себе и окружающим. Представьте себе здание сухумской мэрии. Самый центр нашей столицы. Так вот, со стороны проспекта Мира, прямо под окнами мэрии, на первом этаже здания есть маленькое кафе. Хозяин решил, что будет удобно для его посетителей выставить на улицу небольшой диванчик. Выставил. Не знаю, посчастливилось ли кому-нибудь увидеть на этом маленьком диване в лежащем состоянии со скрещенными ножками представителя абхазской молодежи с чашечкой кофе в одной руке и телефоном в другой, и многочисленных прохожих, вынужденных обходить его на этой центральной улице. Мне посчастливилось, я увидел. И не только увидел, но и успокоиться не могу, все думаю: «Где его воспитывали? Сказали ли ему, что у абхазцев есть Апсуара и Алымыс, и долг каждого из нас свято следовать этим нравственным ценностям».

Точно такой же вопрос снова возник во мне, когда я, купив в магазине «Детский мир» игрушку для внука моего соседа в нашем селе, зашел в турецкий магазин, что находится напротив, подобрать разные сухофрукты – что-то моя старушка к ним пристрастилась. Продавщица этого магазина, по всему было видно, чем-то расстроена. Я извинился и спросил, могу ли чем-то быть ей полезным. Эта молодая женщина раскрыла мне душу. И оказалось, что и ее тревожит и волнует то же, что и меня – образ жизни, поведение нашего растущего поколения. Ученики 10-й школы, мальчики и девочки (не скрывают, где они учатся) повадились воровать с открытых полок печенье, шоколад, конфеты – все, что попадает под руку, в ответ на замечания продавцов все они грубят, хамят, а мальчики постарше позволяют себе совершенно нецензурную брань в адрес работников магазина. «Это, к огромному сожалению, далеко не единичные случаи. Неужели родителей не волнует, как их дети ведут себя вне дома? А может, и дома не намного лучше?» – с болью произнесла продавщица.

Я выше уже говорил, что не поленился заглянуть в работы наших ученых. Так вот, еще раз подтвердил для самого себя, что один из важнейших принципов Апсуара – совесть. Есть народная мудрость: «Смерть абхазца в его же совести», то есть, совершив несовместимый с совестью поступок, «абхазец умирает живым». В абхазских семьях всегда было святым делом приучать детей с малолетства к тому, что недопустимо делать, что позорно совершать: «Не запятнай чести и имени отца и матери», – гласит завет Апсуара.

…Я одновременно и боюсь, и надеюсь, что меня услышат и поймут. А если услышат и поймут, значит, у нас подобное не редкость и, значит, это тревожит многих, и я, в таком случае, не одинок и ситуацию не усложняю.

А раз я не одинок в своих мыслях и выводах, и в нашем обществе подобными проявлениями озабочены многие, то не будем терять веру в то, что изменить негативное – нам под силу. 

Хакибей