Очень хочется с налетом грусти констатировать, что вся программа фестиваля, баловавшая жителей Абхазии и ее гостей в течение месяца, к нашему огромному сожалению, полностью исполнена и завершена. Но, сразу же, в противовес этому приходит уверенность: раз 22-й фестиваль завершается, значит, начинаем ждать следующего, 23-го. Такого же яркого и богатого. Вот и оценка непроизвольно появилась ‒ «яркого и богатого». И это не мой субъективизм. Все зрители фестивальных концертных дней, а их было пять, и неповторимых, безоговорочно разделяют это убеждение. Ведь каждый раз, каждое выступление Хиблы Герзмава и ее коллег-друзей привносило в восторженные чувства убежденность в неповторимости красоты этой творческой феерии, новые ощущения и новые впечатления. Это подтверждение и разносторонности таланта нашей Хиблы, и ее высочайшего профессионализма в общении со многими жанрами искусства.

Даже высоким профессионалам не всегда удается воспринять и оценить эти возможности и стороны таланта блистательной певицы из Абхазии ‒ народной артистки Абхазии и России, лауреата Государственной премии Российской Федерации, солистки Московского музыкального театра имени К.С. Станиславского и В.И. Немировича-Данченко, примадонны, покорявшей публику в Мариинском театре Санкт-Петербурга, в лондонском королевском «Ковент-Гардене», в венской, римской операх, в парижской «Гранд-Опера» и во многих других мировых сценических центрах.

Увидели абхазские зрители во время фестиваля Хиблу и как воспитателя растущего поколения вокалистов – июльская программа завершилась в Пицундском храме концертом ее оперного класса в Московской государственной консерватории имени П.И.Чайковского. И Хибле и ее ученикам аккомпанировала большой профессионал, давний друг и соратник певицы Екатерина Ганелина.

Многочисленные зрители всех концертов фестиваля Хиблы Герзмава не сразу могли понять и то, как оперная дива, в репертуаре которой десятки образов самых популярных оперных героинь, вдруг становится исполнительницей песен, песен, уже давних, 1940 ‒ 1970-х годов рождения, но запомнившихся и любимых людьми и представленных в программе 22-го фестиваля Хиблы под названием «Где-то далеко в памяти моей…». На сцене Абхазского драматического театра имени С.Чанба они вдвоем ‒ Хибла Герзмава и Олег Аккуратов. Имя его широко известно и как виртуозного пианиста, и как джазового импровизатора, и как певца, и как обладателя абсолютного слуха и невероятной музыкальной памяти. Он ‒ лауреат Премии Президента Российской Федерации для молодых деятелей культуры. И все эти слова о человеке, которому незнаком внешний мир – он совершенно слеп с рождения. Но его талант надо всем одержал верх. Песни в исполнении вокалистки Хиблы Герзмава и пианиста Олега Аккуратова многих зрителей окунули в далекие и дорогие воспоминания, многим открыли неповторимую значимость и красоту этих произведений.

А через день снова сюрприз и загадка. Как удается Хибле стать создателем благодатного хорового пения в христианском соборе, пения, отличающегося от внешней красоты обычного хорового, стать исполнителем, дарящим благодать молитвы. Невозможно не подтвердить это известной церковной догмой: «Не может хорошо петь человек, не ведущий духовную жизнь». И это ‒ полное соответствие истине. Все, кто собрался в этот день в древнем Бедийском храме, благоговейно внимали Академическому большому хору «Мастера хорового пения» под управлением народного артиста России Льва Канторовича и удивительному сопрано оперной примадонны. Это наполняло участников события чувством глубокой внутренней возвышенности, ранее многим неизвестным. Особо значимым стало и то, что местом этого духовного общения был избран именно Бедийский храм ‒ один из особо почитаемых в Абхазии.

         Очередной встречей с Хиблой Герзмава и ее друзьями для зрителей стал день 19-го августа. И у них снова шоковое впечатление, потому что после духовного общения в храме села Бедия, оно и не может быть иным: на Театральной площади перед Абхазским драматическим театром, под плеск и блики разноцветно подсвеченных фонтанов, зрители погрузились в популярные джазовые ритмы и классические произведения в джазовой обработке. И исполняла их Хибла вместе с известными музыкантами ‒ джаз-бендом, руководимым Сергеем Макеевым и саксофонистом Игорем Бутманом. Эмоциональность, фантастическое умение импровизировать. Джазовый певец ‒ определенный вокальный образ, принципиально отличающийся от оперного исполнителя. У Хиблы этого различия нет! И в эти минуты невозможно избавиться от ощущения, что вместе с потрясенной публикой неистовствуют даже бульварные пальмы, парковые деревья и морские волны, убыстряющие ритм своего наката.

…Фестиваль «Хибла Герзмава приглашает…» не просто порадовал, одарил эмоциями, внес патриотический накал в жизнь абхазского общества, он в очередной раз подтвердил: уникальные тембр, диапазон, артистизм, талант Хиблы Герзмава ‒ бесспорная, многократно подтвержденная реальность, бесспорен также и ее высочайший профессионализм. Но так блистательно, на высоком драматическом актерском уровне проявлять себя в абсолютно разных и не близких друг другу жанрах вокального искусства?! Это ‒ совершенство. И не просто совершенство. Это ‒ постоянное совершенствование совершенства. (Прошу простить за тавтологию – необходимость). А мы ‒ счастливые свидетели этого!