Конечно, отдельных абхазских писателей я достаточно хорошо знал и до нашего знакомства: Дмитрия Гулиа, Шалву Цвижба (с ним – несмотря на большую разницу в возрасте, завязалась довольно-таки серьёзная творческая дружба), Баграта Шинкуба, Ивана Тарба и других классиков, но за открытие таких по-своему замечательных авторов, как Энвер Ажиба, Заира Тхайцук, Гунда Саканиа, Дмитрий Габелиа, Алхас Чхамалия, я обязан исключительно Сергею Агындиа. Естественно, отдельные произведения этих авторов впоследствии я перевёл на армянский язык, и они вошли в мои разные сборники. «Обрати внимание на этого автора» – любимое выражение Сергея Агындиа. И я с его лёгкой руки «обратил внимание» и на творчество ныне ушедших от нас Сариона Таркил, Рущбея Смыр, Рауля Ласуриа, Даура Зантария, за что благодарен своему старшему другу. Сейчас по совету Сергея Арушановича знакомлюсь с творчеством интересного молодого поэта Анны Егоян, встреча с которой недавно состоялась в переполненном зале Абхазской госфилармонии.
После знакомства с Сергеем Агындиа моё знание творчества отдельных писателей начало переходить в понимание абхазской литературы в целом – могучего Древа культуры с сильными корнями и распустившейся кроной.
О том, как я лично познакомился с Сергеем Агындиа, описано в моей книге «Однажды в человеке родится Бог». Я с детства помню, как отец говорил о том, что с ним на Сухумской ткацкой фабрике работает парень, который учится в пединституте и пишет стихи. Но я тогда не запомнил ни его имени, ни фамилии. Прошло много лет, в нашей жизни произошло немало событий, в том числе и война. Уже после смерти отца, случившейся 30 января 1996 года, я с друзьями сидел в кафе «У Фени» (ныне – магазин «Текстильный мир»), где в то время собирались писатели, художники – на проспекте Мира, напротив магазина «Абхазкнига». Рядом за соседним столиком какие-то незнакомые мне люди тоже, как и мы, пили кофе с водкой, время было такое – тоже без закуски, и обсуждали какие-то вопросы. Я обратил внимание, что один из них пристально смотрит на меня, а потом спросил: «Вы не сын Айка Сарецяна?» «Да,– ответил я,– он мой отец». «Ты очень похож на отца. Много лет назад я с ним работал на ткацкой фабрике. Моя фамилия Агындиа. Сергей Агындиа».
Вот так состоялось наше очное знакомство.
Стоит ли говорить о том, что мы подружились. Сергей к этому времени уже был известным поэтом, автором многих книг. Сегодня мы переводим друг друга: я его – на армянский язык, а он меня – на абхазский. Уверен, мой отец поддержал бы нас, обязательно поддержал бы.
Добавлю, что Сергей перевел на абхазский язык и по-женски тихие, но внутренне максимально напряжённые, на грани эмоционального взрыва, стихи замечательного армянского поэта Лили Мартоян, которые были опубликованы в газете «Аамта».
К моменту моего знакомства с Сергеем я, поглощенный домашними заботами, практически полностью отошёл от литературной работы, и только по его настоятельному требованию вновь вернулся к ней, за что я премного ему благодарен.
Стихотворения Сергея Агындиа лиричны, они тонко передают мельчайшие нюансы душевного состояния автора. Помню, как в пансионате Литфонда один из отдыхающих за чашкой «кофе по-сухумски» под пальмами возле бассейна читал нежные, такие «сухумские» стихи Сергея в переводе Гофмана:
Майским берегом ступая,
девушка у моря шла
и, весною обдавая,
тайну юности несла.
В платье ситцевом, босая,
шла по берегу легко,
волосы перебирая,
в море глядя далеко…
Что глядит в простор свободный,
что несёт ей чаек крик?
Может, ветер перелётный
в мысли тихие проник?
Майским берегом ступая,
девушка у моря шла
и, весною обдавая,
тайну юности несла.
Сергею Арушановичу Агындиа исполнилось 70 лет. Я желаю ему здоровья, и это в первую очередь. И новых стихов и переводов желаю – как продолжение здоровья: духовного и творческого. И жду, с нетерпением жду, когда он скажет, а он скажет обязательно: «Обрати внимание на этого автора».
Артавазд САРЕЦЯН,
член союзов писателей Абхазии и Армении
