Свой «путевой» рассказ о сёлах Очамчырского района я начну с самого «дальнего» — Щащилкыта. Но прежде — небольшая предыстория.
Расположенное на перекрёстке Очамчырского, Галского и Ткуарчалского районов республики, это село в разное время меняло свои название, границы и даже этнический состав. В конце XIX в. после крупного переселения выходцев из Мегрелии, самурзаканцы, составлявшие прежде 97 % населения, практически полностью были ассимилированы. И сегодня здесь живут в основном мегрелы.
В советские годы село (тогда — Шешелети) относилось к Галскому району. Здесь, как и во всей Абхазии, процветали совхозы с чайными и цитрусовыми плантациями. В 1989 г. число жителей достигало почти 1800 человек. Село гордилось тружениками и Героями труда, известными учёными, врачами. Учителя мечтали преподавать в местной передовой школе, носившей имя математика Ильи Векуа — академика АН СССР, родившегося здесь и закончившего шешелетскую школу.
После Отечественной войны народа Абхазии 1992-1993 годов часть жителей осталась в родном Щащилкыте, другая — ушла вслед за отступившими войсками Грузии. Сегодня здесь проживает 184 человека, в основном — пожилые люди.
Чем живёт село, я решила узнать у самих селян. Депутат Очамчырского районного Собрания от Щащилкыта Дмитрий Турнанба подготовил встречу, и мы отправились в путь.
20 минут езды от райцентра, и вы — в краю ореховых рощ. Орех — главная надежда щащилкытцев на заработок. Ведь море, привлекающее туристов, находится в 20 км отсюда. По дороге встречаются дома «попроще» и «побогаче», все они содержатся в порядке. Среди буйства летней зелени выделяются аккуратно покошенные дворы, зеленые грядки и клумбы цветов.
У здания администрации нас ожидают жители села (человек шесть) и глава сельской администрации Эдуард Турнанба. Здороваемся, заходим в просторное помещение. Беседуем. Кто-то внимательно слушает, более решительные — делятся проблемами, задают вопросы, на которые не всегда удаётся найти ответ.
Проблемы схожи с заботами других сел Очамчырского района. Но все усугубляется нерешённым вопросом гражданского статуса жителей, из-за чего нет стабильности в ряде вопросов: как получать пенсию, где учиться детям после школы?
— Мы хотим, чтобы наши дети учились здесь, в Абхазии, — говорит одна из жительниц села, абхазка по национальности, замужем за местным жителем. — Мы не хотим, чтобы они уезжали учиться и работать в другую страну. Но сегодня в Щащилкыте мало перспектив, нет работы. Вот и уезжает молодежь, остаются одни старики…
Школа сегодня закрыта, чтобы отремонтировать солидное по размерам двухэтажное здание, нужны значительные средства. Но в ситуации, когда количество детей с каждым годом уменьшается, восстановление её посчитали ненужным. Учителя из Щащилкыта преподают в Кохорской школе. А местные дети обучаются в школе соседнего села Ачгуары. Ежедневно туда и обратно их доставляет автобус, выделенный Администрацией Очамчырского района. Дороги частично удалось «подлатать» своими силами — депутат Дмитрий Турнанба помог достать цемент, которым залили дорожные ямы.
«Остро для сельчан стоит вопрос электричества. 11 семей практически живут без света, — отмечает глава села. Электричество вроде бы есть, но провода, которым уже за 60 лет, на отдельных участках крепятся к стволам деревьев, иногда провода обрываются, тогда их связывает местный электрик, вот света полноценного и нет. В итоге, техника не выдерживает скачков напряжения, выходит из строя. Когда есть деньги, покупаем газ, чтобы хотя бы готовить еду, вздыхают сельчане».
Эдуард Турнанба говорит: «Государство в этом году выделяет по миллиону рублей каждому селу на решение каких-то вопросов. Мы решили на эти средства частично закрыть проблему с электричеством – купим недостающий третий трансформатор, проводку. Нам бы сделать хотя бы центральную линию, дальше сами потихоньку будем стараться».
Конечно, жители упомянули и вопрос платы за свет – дорого, учитывая низкие доходы сельчан. Есть люди пожилые, одинокие. Как им быть?
Предприятий и организованных рабочих мест в Щащилкыте нет. Есть собственные хозяйства — 71 двор, скот. Покупатели приезжают за домашним сыром, кукурузой, овощами. Сельчане сетуют: нам бы трактор хотя бы общий, мы бы платили трактористу, чтобы вспахал, посеял. Ведь если платить за работу трактористу, нанимаемому со стороны, для рядовых сельчан накладно получается — от 18 тысяч рублей за 1 гектар.
Орех, подчеркивают сельчане, главный кормилец щащилкытцев, нуждается в регулярном лечении от вредителя — мраморного клопа. Администрация района выделяет сёлам химические средства и ловушки, но лечение надо проводить самим. Не все могут позволить себе трижды заказать спецтехнику, а значит, орех продолжает болеть, урожай неполноценен.
–Как исправить положение, чем можно помочь людям в плане работы? Чтобы у молодежи, которая тянется к селу и любит землю, была мотивация остаться, — спрашиваю я у главы администрации Щащилкыта.
– Они все трудолюбивые люди. С удовольствием работали бы, если бы было какое-нибудь крупное предприятие – ферма для скота, большие плантации... Рабочие руки есть, человек сорок у нас точно готовы, – отвечает Эдуард.
Ещё одной проблемой для села стало разрушение пешеходного моста через реку, ведущего к местному кладбищу. Какое-то время назад глава села восстановил мост на собственные средства, но во время бурного разлива реки его смыло. Администрация района помогла материалами, горючим. Теперь дело за техникой — нужен подъёмный кран, чтобы установить два бетонных блока опоры.
…В конце нашего путешествия в районную глубинку, мы заезжаем в гости к Лейле Латария. У неё два сына и дочь. Сегодня она живёт в доме вместе с семьёй одного из сыновей. Помогает по дому и в огороде, хотя ей тоже хотелось бы зарабатывать свою «копейку».
Хозяйка угощает нас холодным мацоном и вкусным виноградным компотом. Сидим в тенёчке, разговариваем о житье-бытье. Качается импровизированный гамак, рядом мирно пасётся маленький телёнок с белым сердечком на лбу. Он пуглив. Это хорошо, потому что на днях шакалы загрызли соседского телёнка, переживает Лейла.
Эдуард Турнанба вспоминает, как семья Лейлы «всегда хорошо принимала» его с группой ребят, охранявших Щащилкыт в тревожное послевоенное время – в приграничных сёлах тогда было небезопасно.
Знакомимся с внуком Лейлы Геной. Приятный, улыбчивый мальчишка делится: «Мне в селе больше нравится, чем в городе. Там целыми днями я сидел дома, в телефоне, и у меня был только один друг. А здесь друзей много и занятий много – свобода… С утра встаю, бегу на поле играть в футбол, а вечером помогаю папе и бабушке… В будущем хочу стать футболистом или пожарным».
Во время поездки в Щащилкыт мы посетили мемориал воинам, павшим во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг., – жителей из этого села. Памятник установили в прошлом году, к празднованию 85-летия Победы.
Аккуратный черный мрамор, выгравированные имена и фамилии, их 38. У села впервые появился такой мемориал.
Щащилкытцы помнят своих предков, трудолюбиво возделывают землю под палящим солнцем и борются с трудностями, как могут. Крестьяне всегда терпеливо ждут перемен и лучшей жизни.
