Восстановление в правах абхазского народа на собственной Родине было всеобщим желанием
Говорят, что счастье редко ощущаешь здесь и сейчас. Как правило, осознание, что ты пережил прекрасные мгновенья, приходит с опозданием. Для меня лично чувства единения, общности цели, успех дела — это и есть счастье. Волею судьбы в августе 1991 года вместо очередного отпуска мне как представителю журналистского сообщества от газеты «Советская Абхазия» предстояла работа на выборах в Верховный Совет Абхазии.
Признаюсь: при всей любви к общественным делам такой поворот событий поначалу меня не обрадовал. Но уже на первом заседании Окружной избирательной комиссии, которое состоялось в одном из кабинетов Дома учителя и где среди членов комиссии я увидела хорошо знакомую мне коллегу Изиду Чаниа, стало ясно, что предстоит не просто скучное мероприятие, а борьба идей и интересов прогрузинской части Абхазии и всех остальных жителей Абхазской автономной (тогда еще) республики.
После знакомства всех присутствовавших на первом заседании приступили к выборам председателя, заместителя председателя и секретаря Окружной избирательной комиссии. В качестве председателя комиссии кто-то предложил кандидатуру скульптора Марины Ефремовны Эшба. За нее проголосовали большинством голосов.
Заместителем избрали Фридона Дидишвили, занимавшего весьма радикальную антиабхазскую позицию, а секретарем комиссии — меня. Вышли из здания мы с Мариной Ефремовной Эшба вместе, хотя прежде встречаться нам не приходилось. С родителями моими она была знакома, а я воспринимала ее как легендарную личность. С того момента мои мечты об отпуске растворились: что может сравниться с жизнью, наполненной острыми, волнующими событиями.
Без малого два месяца мы с Мариной Эшба провели в отведенной под помещение комиссии аудитории Грузинского института субтропического хозяйства (сегодня в этом здании располагается Абхазский государственный университет).
В нашем округе были выдвинуты две кандидатуры: представитель активной, я бы даже сказала, воинствующей части грузинского сообщества — Лордкипанидзе; альтернативу ему составил скромный и мало кому известный в то время инженер Нугзар Джоджуа.
В предвыборной речи Нугзар сразу заявил, что намерен представлять в Верховном Совете Абхазии интересы всего многонационального народа.
22 сентября — день выборов в Верховный Совет Абхазии — навсегда останется для меня одним из самых ярких и драматичных событий. Я вышла из дома затемно, и шла, полная решимости быть беспристрастной и сдержанной.
В то время мне не было еще и тридцати лет, я очень волновалась, потому что осознавала: этот день — как экзамен. Для меня лично он и стал самым настоящим экзаменом. Сегодня трудно передать охватившее всех потрясающее чувство единства.
Избирателей на участки, в том числе и на наш, в ГИСХ, подвозили на автобусах. Из окна были видны очереди, а когда люди подходили к столику комиссии, то многие вместо паспортов предъявляли водительские удостоверения и студенческие билеты…
Это было против правил. Без предъявления паспорта с пропиской в Сухуме бюллетень для голосования выдавать не имели права, ведь голосование шло в городе. Но не так было все просто, ведь в комиссии было немало людей с другим мнением, и они настаивали, чтобы избирателям выдавали бюллетени без проволочек, без предъявления паспорта. А мы стояли на своем — в соответствии с законом. И когда паспорта, наконец, находились и извлекались, оказывалось, что у многих наших потенциальных избирателей прописка в Грузии. И значит, голосовать на территории Абхазии они не имеют права.
Из-за каждого такого избирателя приходилось спорить с другими членами комиссии, сражаться за каждый голос.
За время нашего общения мы с Мариной Ефремовной неплохо узнали друг друга. Я видела, что творится у нее в душе, но внешне она была как сфинкс: сама беспристрастность и толерантность. Мы вместе объезжали все участки нашего округа, это входило в наши обязанности. В тот день я обрела друзей больше, чем за всю свою предыдущую жизнь, познакомилась с Дамеем Квициния, братьями Николая Джонуа — Русланом и Бесланом Джопуа, супругой Беслана Татьяной Матросовой, кандидатом в депутаты Нугзаром Джоджуа и многими другими. Несмотря на то что изначально мы были готовы к тому, что наш кандидат не наберет большинства голосов, каждый из нас сражался, как тигр. Нугзар Джоджуа проиграл сопернику минимально. И хотя он не выиграл, мы сделали все что смогли. Я понимаю это только сейчас, а тогда мы переживали это поражение очень болезненно, не спали ночами…
Из-за процедуры перевыборов в некоторых округах к работе окончательно сформированный Первый Парламент Абхазии приступил только 6 января 1992 года, и мы, сотрудники газеты «Республика Абхазия», присутствовали на заседаниях, где наслаждались логикой, интеллектом и остроумием умнейших соотечественников.
