Военная агрессия нацистской Грузии, развязанная Эдуардом Шеварднадзе с целью геноцида абхазов на их Родине – Апсны, превратилась в Отечественную для абхазского народа войну.
Перед древнейшим автохтонным этносом Кавказа встал вопрос: быть или не быть ему на этой планете? 30 сентября 1993 года Абхазия одержала Победу во главе с лидером абхазского народа Владиславом Ардзинба.
Читателю предлагаются фрагменты текстов из новой книги абхазского историка, кавказоведа Игоря Марыхуба «Об эпохе Владислава Ардзинба», вышедшей в июле 2026 года в Сочи. Там сказано много нового и актуального: «Сейчас доподлинно известно, что 11 августа 1992 года вопрос о начале войны в Абхазии на заседание членов Президиума Госсовета Грузии выносился лично Эдуардом Шеварднадзе. Об этом заявлено Владиславом Ардзинба.
Позже Владислав Ардзинба скажет: «Были люди, наши люди, которые, как выяснилось потом, знали о том, что будут введены грузинские войска в Абхазию. Не только знали, но и ждали их. Даже многим всякое обещали… Были и те, кто смирился с оккупацией, сотрудничал с врагом, создавал «Комитет спасения Абхазии», пытаясь спасти свою шкуру. Были и просто паникёры…Никогда не следует забывать о том, что наша Победа не входила в планы многих…»
До начала Отечественной войны абхазского народа Владислав Ардзинба в Москве был единственным депутатом Верховного Совета СССР от Абхазии, который занимался нашими абхазскими проблемами. «Можно только предположить, почему некоторые люди, которых называли абхазской элитой, не принимали его, не во всем верили ему», – свидетельствует правовед-юрист Анри Джергения, позже спецпредставитель Первого Президента Абхазии на межгосударственных переговорах.
В своей книге «Моя жизнь» с горечью, как на исповеди, Владислав Ардзинба пишет: «Главное сожаление, что многие из тех, кто все эти годы стоял рядом со мной, оказались предателями. Если бы некоторое время назад мне сказали о них что-то подобное, я бы не поверил. Однако, с другой стороны, надо помнить, что вся история политики – это череда предательств. Моё бывшее окружение – не исключение. Я не снимаю с себя ответственности, поскольку не уделил должного внимания тому, что сформировалась политическая элита, готовая служить любому хозяину, способному гарантировать сохранение их положения…»
А те самые предатели, «многие из тех, кто все эти годы стоял рядом» с великим Владиславом Ардзинба, были выпестованы и взращены в условиях грузинского колониализма в Абхазии, не обошлось и без воздействия мингрельско-грузинских ассимиляционных процессов среди определенной части абхазского этноса. Самолично развязывая войну 14 августа 1992 года в Абхазии, Шеварднадзе делал ставку на своих выдвиженцев, ставленников в госструктурах абхазской автономной республики, рассчитывал на победу-блицкриг.
В этой связи как к Завещанию, как к Присяге на верность абхазскому и всему многонациональному народу Абхазия следует относиться и неукоснительно следовать словам нашего Владислава Ардзинба из его последней монографии «Моя жизнь»: «К счастью, не чиновники делают историю. Я обращаюсь к народу Победителю! Отбросьте мелочные обиды и страсти, не поддавайтесь на провокации. Из истории мы знаем, к какой трагедии и непоправимым последствиям может привести раскол в обществе. Наше единство является залогом сохранения наших завоеваний, нашей Победы и достойного будущего Абхазии. Мы не имеем права на ошибку!»
