Ткуарчалский АПК

Ореховые сады – инвестиции в будущее

Орехи – тот сегмент, который пока еще сильно зависит от импорта. Некоторые виды данной продукции в Абхазии выращивать не представляется возможным из-за климата, однако значительную часть орехов, которые сейчас завозят из-за рубежа, все же можно было бы производить в нашей республике. Закладки ореховых насаждений в разных районах, в основном восточных, идут, хотя и достаточно медленно. Большинство инвесторов отпугивает долгий возврат вложений. Те же предприниматели, которые уже начали инвестировать в ореховые сады, готовы к тому, что прибыль они быстро не получат, зато это игра вдолгую, ведь плодоносить и приносить прибыль ореховые посадки при правильном уходе могут до ста лет.

 Компаний, которые уже выращивают орехи в больших объемах, в Абхазии пока нет, но есть те, кто активно закладывает или недавно заложил ореховые плантации. Промышленное ореховодство – молодая отрасль для нашей республики, поэтому основная часть садов еще не вступила в плодоношение.

В Ткуарчалском районе на 87 гектарах в селе Гумаркет (бывшее село Мухури) раскинулись ореховые плантации. Эти земли взял в аренду предприниматель из Сухума Саид Инапшба. По профессии он экономист, но с сельским хозяйством знаком не понаслышке, так как родился в традиционном селе Члоу Очамчырского района.

 – В 2014 году мы взяли землю в аренду. Этот орешник был заложен по российской Программе развития сельского хозяйства, но финансирование прекратилось после смены власти. Плантации пропадали, меня позвали, чтобы спасти их – ухаживать, косить, убирать. По профессии я экономист. Никогда сельским хозяйством не занимался, но вырос в деревне, захотелось попробовать. Выращиваем орех-фундук. Собираем от 50 до 80 тонн. Потом перерабатываем урожай. Если бы процесс сборки был механизированным, могли бы собирать и больше. Сейчас собираем вручную около 70 тонн. Из близлежащих сёл на сбор приходят рабочие – от 100 до 200 человек. Оплата их устраивает, а меня – нет, потому что себестоимость ореха получается очень высокой – 100 рублей за килограмм. А на рынке он стоит 120 рублей. Разница маленькая, ситуация сложная. Меньше платить людям не получится. Нужно механизировать процесс – ручной труд всегда дорогой. Фундук – не такая дорогая культура, как голубика, которая стоит от 300 до 800 рублей в сезон. Чтобы снизить затраты, нужен комбайн, но он стоит 12 миллионов рублей. У нас таких денег нет, банки не кредитуют. Мы обращались в Министерство сельского хозяйства. Они субсидируют 5 миллионов, но 7 миллионов я должен найти сам – мне это не по силам. Когда я брал участок в аренду, мне обещали передать корни в собственность, но земля оставалась в аренде. Сейчас и земля, и корни – в аренде. Договор на корни истекает через 6 лет. Какой смысл мне покупать комбайн за 12 миллионов, если через 6 лет я всё потеряю? Это сомнительная инвестиция. Хочу поставить этот вопрос перед руководством Минсельхоза. Если бы я был собственником, я бы мог вкладываться и развиваться.

 На арендованной территории расположился большой ангар, в котором находится цех с оборудованием по очистке ореха и склад готовой продукции. На всё это Минсельхоз выделил денежные средства.

 Производство орехов – перспективное направление, и интерес к нему растет. Фундук дает первый полноценный урожай только спустя восемь-десять лет, но деревья живут и плодоносят более века. Это точно инвестиции в будущее. Наиболее же существенные расходы при закладке сада – посадка саженцев. Также ореховодство подразумевает ежегодные затраты – на работы по обрезке и удалению корневой поросли, борьбу с вредителями и сорняками. 

 – Большие проблемы у нас с болезнями растений, – продолжает Саид Инапшба. – Министерство помогает препаратами, но этого недостаточно. Нужен комплексный подход. Наши плантации мы лечим, но вокруг – запущенные лесные массивы, которые никто не обрабатывает. Болезни мигрируют оттуда. Если бы соседи тоже обрабатывали свои участки, мне хватило бы одной обработки, а так приходится делать три. Наши плантации окружены диким лесом. Я стараюсь обрабатывать и свою территорию, и даже рядом, когда на тракторе выезжаю. Но проедете два километра – увидите, что там уже нет ничего живого, даже бабочки огнёвки нет. В прошлом году мы пытались помогать крестьянам, скупали у них орех, но качество было плохое. Закупили на 3-4 миллиона, переработали – получили минус миллион. В этом году мы уже не принимаем орех у крестьян, потому что он некачественный. Из четырех килограммов сырья получаем один килограмм очищенной продукции. При себестоимости сырья 100 рублей за килограмм – это уже 400 рублей плюс затраты на рабочую силу. На рынке очищенный орех стоит около 550 рублей. Но сбыта как такового нет – я не могу пойти на рынок и продать. Покупатели приходят, забирают оптом и перепродают.

 В хозяйстве три трактора, проблем с запчастями нет. Однако обработка плантаций – трудоёмкий и затратный процесс. За год на обработку и переработку здесь тратят около 500 тысяч рублей, а когда приходит пора сбора урожая, затраты вырастают до 4,5 миллиона рублей. В этом году собрали 70 тонн – потратили на это примерно 7 миллионов.

– Качество ореха в этом году хуже, чем в прошлом, хотя мы много раз обрабатывали препаратами, – сетует предприниматель. – Растения привыкают к ним – нужна смена препаратов.

 Есть ещё проблема с вывозом ореха за границу. Министерство одно время хотело запретить вывоз необработанного фундука в Грузию, чтобы переработка оставалась здесь. Но у нас нет возможностей переработать весь объём – ни у меня, ни у других предпринимателей. В итоге нечищеный орех уходит в Грузию, и там его перерабатывают. Официальных экономических отношений с Грузией у нас нет, но местные жители платят таможенную пошлину и вывозят орех.

 Отрасль ореховодства считается перспективной, но тут есть и риски. К преимуществам относятся растущий внутренний спрос, развитие импортозамещения и долгий срок эксплуатации садов. Отпугнуть инвесторов может длительный срок выхода на окупаемость, зависимость от погоды, цен и прибыли. Господдержка нужна как инвесторам, закладывающим ореховые сады, так и селекционерам. Сейчас основной вклад в развитие отрасли вносят энтузиасты-бизнесмены и ученые, но работа будет идти быстрее, если будет поддержка государства.