Главная

ПОКОЛЕНИЯ САДОВ И САДОВОДОВ 20.04.2017

ПОКОЛЕНИЯ САДОВ И САДОВОДОВ

Содружество науки и земли

Люди, приезжающие в Абхазию, часто называют ее цветущим садом, зеленой страной, зеленым раем… Конечно, это так! И только пристрастный глаз жителя-патриота, искренне болеющего за страну, замечает и другие – не очень радужные – штрихи современного отношения к нашим садам, лесам, паркам и личным участкам.

Предвижу, что многие со мной не согласятся, скажут, мол, на протяжении столетий идет о том речь, а Абхазия между тем цветет, хорошеет и по-прежнему привлекает и радует своей щедростью и красотой.

Да я и сама предпочитаю видеть лучшее в происходящем, однако будет честнее все же называть вещи своими именами: пробелы – пробелами, удачи – удачами. Тогда и пути решения возникающих проблем находить легче.

В НИИ сельского хозяйства Академии наук Абхазии, основная территория которого раскинулась непосредственно в Гулрыпше, на подступах к Агудзере, журналисты, в том числе представители нашей газеты, наведываются регулярно, и каждый раз в публикациях мы отмечаем огромную работу, которую ведут специалисты института.

Только вот для внедрения всех богатств, которые здесь выращивают, берегут, развивают и исследуют, к сожалению, далеко не всегда находятся средства.

Институт сельского хозяйства, который возглавляет доктор сельскохозяйственных наук, академик АНА Лесик Янкович Айба, фактически является правопреемником Научной опытной станции, которая возникла на территории Абхазии в 1926 году по инициативе академика Николая Ивановича Вавилова и с участием председателя Совнаркома Абхазии Нестора Аполлоновича Лакоба.

– В те времена опытные станции, подобные нашей, создавались в разных уголках Советского Союза, в разных климатических зонах – от сурового севера до субтропического юга их было девятнадцать, – рассказывает заместитель директора института Федор Тамелович Тарба. – А субтропический юг – это как раз мы. Все южные и, в первую очередь, субтропические растения, завезенные из-за рубежа, испытывали именно в Абхазии. Сюда привозили саженцы, семена, черенки из южных, в том числе латиноамериканских и африканских стран.

Чуть позже у нас в Абхазии открыли и карантинный питомник, в котором за такими вот завезенными и еще неапробированными растениями наблюдали, изучая их с точки зрения свободы от вредителей. И если такой вредитель обнаруживался, то культура уничтожалась, а место ее произрастания подвергалось жесточайшей обработке.

Человек, который является сегодня моим гидом, не просто помнит давние времена, он являлся непосредственным участником многих событий. Федор Тамилович Тарба сочетает исследовательскую работу с заботами заместителя директора института. 17 апреля исполняется пятьдесят лет, как он работает в этом научном и, я бы даже сказала, научно-экспериментальном и одновременно прикладном учреждении.

Со вздохом замечаю, что если бы такая практика, такой порядок сохранились бы до наших дней, вряд ли бы сегодня у нас свирепствовала бы огневка, да и с мраморным клопом нам сражаться не пришлось бы…

И Федор Тамилович подтверждает: да, пожалуй. Он рассказывает, что на опытной станции в Абхазии ежегодно проходили практику десятки студентов и аспирантов сельскохозяйственного факультета Университета дружбы народов имени Патриса Лумумбы, который находился в Москве. Среди дипломников Федора Тарба были студенты из Бенина, Индии, Америки, Китая, Конго, Японии и других стран. А сам он многие годы вел исследования завезенной пшеницы, фасоли, но основным направлением его исследований были такие культуры, как соя и кукуруза. Десять лет он посвятил этим культурам, перед самой войной подготовил диссертацию, а защититься не успел…

Сам факт, что колоссальный труд многих поколений ученых, работавших здесь в прежние времена, не пропал, что на базе станции выросло новое научное учреждение, люди работают, привлекают к делу молодежь…

А вот в чем пусть даже современный Институт сельского хозяйства АНА не способен соревноваться с опытной научной станцией прежних лет, так это в финансировании. Не стоит удивляться, ведь Советский Союз был огромной страной, и на научные исследования, в том числе в области сельского хозяйства, направлялись очень большие деньги. А вот государственный статус Института сельского хозяйства АНА сохранился.

Как подчеркивает Федор Тамилович, главная задача института осталась прежней – привлечение, изучение и внедрение в производство лучших сортов плодовых, цитрусовых, эфиромасличных и овощных культур. И каждый специалист, каждый сотрудник отлично ее понимает и разделяет.

– Любое растение, будь то фруктовый саженец или овощная рассада, требует заботы. За завезенными культурами здесь наблюдают с удвоенным вниманием – насколько подходят им наши условия, как плодоносят они в нашем климате. Важная часть работы – сохранение традиционных культур и создание на их основе новых различными методами…

– Бывает, что и жизни человеческой недостаточно, чтобы создать гибрид той или иной культуры, да еще с заданным набором свойств, – Федор Тамилович знает это не понаслышке. В среднем, по его словам, на подобную работу уходит несколько десятков лет…

Без одобрения ученых института ни один сорт не должен попасть в сады и хозяйства. Несколько лет назад в рамках Комплексного плана содействия социально-экономическому развитию Абхазии специалисты института совместно с Министерством сельского хозяйства по поручению руководства страны провели огромную работу.

– Все знают, что под нашим контролем во всех районах Абхазии на 1400 гектарах в течение двух лет были заложены фруктовые сады, в том числе и отдельно яблоневые. Высаживали мы деревца, привезенные из Италии. Впрочем, в то время об этом много писали.

Несмотря на то что финансирование по программе было приостановлено – по объективным причинам (в бюджете не хватает средств), сады в основном сохраняются и дают урожай. Садоводы на местах находят разные формы, чтобы не допустить гибели деревьев, чтобы такая важная и дорогостоящая работа не пошла насмарку.

Скептиков с самого начала было немало, но когда на рынках стали появляться недорогие, вкусные и привлекательные внешне яблоки, пришлось признать – дело-то, оказывается, стоящее!

Сегодня в институте работает около сотни сотрудников. Оклад научного работника – в пределах четырех тысяч рублей, а рабочие, ухаживающие за растениями, получают больше.

– Конечно, по нынешним временам это смешная зарплата, но почти все наши сотрудники живут здесь же, в поселке «Ботаника», так что сами судите: жилье, работа рядом – немаловажный фактор в наше время, – продолжает рассказывать Федор Тамилович.

Между тем мы с ним заходим в теплицу, в которой Анна Заровная и Алла Кочконян поливают уже набирающую цвет рассаду огурцов.

Анна Заровная работает в институте, или, как она по привычке говорит, на станции, 55 лет. Здесь же работали ее мама, свекровь, муж, которого уже нет сегодня.

– Вся жизнь среди растений прошла, – говорит женщина, – а теперь и сын мой Андрей тоже работает со мной.

– Это очень удачный сорт F-1 «Кураж», – рассказывает Анна, – из почти десятка сортов и гибридов этот лучше всех проявил себя в наших условиях, дает богатый урожай, неприхотлив.

Алла Кочконян, у которой на станции работали родители, а она школьницей помогала им во время каникул, работает здесь последние десять лет.

Когда я подъезжала к территории института, то заметила, что на высоком пригорке, том самом, что так хорошо был виден из самолета при подлете к столице Абхазии, на месте вечнозеленых цитрусовых деревьев, высаженных террасами, теперь просвечивают обидные «залысины».

– Это последствия морозов, – поясняет Федор Тамилович, – погубленные холодами деревья пришлось выкорчевать. Как видите, даже у нас на территории и то некоторые деревца – в основном те, что растут с краю, оказались более уязвимыми. Только во второй половине апреля станет ясно, выжили ли деревья, зеленые кроны которых обморожены. Если они дадут побеги, значит, жизнь продолжается.

Среди цитрусовых – помпельмусы, они же помело, грейпфруты, апельсины, кинкан, лимоны. Часть представленных сортов и гибридов выведено непосредственно селекционерами института в прошлом веке. В то время цитрусовые были в приоритете, под них отводились очень большие площади. Чтобы каждый советский человек мог украсить новогодний стол душистыми яркими фруктами, в Абхазии организовали целую сеть питомничьих хозяйств, в которых выращивали саженцы для садов и плантаций. И мы сегодня пожинаем пока «плоды трудов» предыдущих поколений ученых и рабочих, а сами еще очень мало сделали для того, чтобы цитрусовые по-прежнему оставались бюджетообразующей культурой.

– Нашей задачей было создание более морозостойких сортов. А чтобы создать новый сорт цитрусовых, нужно сорок лет… А вот и яблони, – Федор Тамилович продолжает знакомить меня с живыми коллекциями, – у нас представлены как местные сорта, так и завезенные.

Идем дальше – солнце поднимается, и его лучи алмазами сверкают в весенней траве. Мы направляемся к цветущим персикам, и Федор Тамилович рассказывает, что фруктовыми коллекциями – персиковых деревьев, а теперь вот и собственными киви тоже – институт гордится. Его специалисты – несмотря на мизерную зарплату, на недостаток финансирования научной деятельности, на то, что возможности лаборатории далеки от идеала – сохранили и себя в профессии, и продолжают исследования, очень важные для развития сельского хозяйства, и, мало того, готовят себе молодую смену. В этом, безусловно, очень большая заслуга директора института Лесика Янковича Айба. Он очень внимателен к способным студентам и аспирантам, находит возможности заинтересовать их, изыскивает средства для материального поощрения.

– Мы сначала очень переживали, что молодежь к нам не пойдет… Но идут… Сейчас у нас почти два десятка аспирантов.

Так что Лесику Айба, Федору Тарба, Георгию Хватыш и многим другим ученым института есть кому передавать опыт и кого «заражать» любовью к профессии. Старейшие сотрудники – Федор Тамилович и Люся Михайловна, кстати, тоже Тарба. Возрождается и лаборатория. Комплекс лабораторий возглавляет Зураб Конджария, Алла Кочурина – лабораторию биохимии, Светлана Гадлия – агрохимии. Делами в Садовом центре, где можно купить специально выращенные саженцы, занимаются Айнар Цвижба и Дима Сабекия.

И хотя стоят саженцы недорого и качество их надежное, покупателей в Садовом центре НИИ могло быть и побольше. Судя по всему, мы считаем, что сегодняшние сады Абхазии вечные и не нуждаются в обновлении. А это не так.

Но все-таки рассталась я с садами и коллекциями института в оптимистичном настроении. Поскольку убедилась – люди, работающие здесь, прекрасно осознают, какое важное дело они делают, и дело это движется, развивается. Иной раз нужен лишь небольшой толчок, и у многих других заинтересованность появится. Ведь говорят же, что успех дела пропорционален затраченным усилиям. А когда усилия эти еще помножены на вдохновение, то тут уж и вовсе не может быть никаких сомнений в успехе.

Возрождение садов Абхазии – садов с разнообразными фруктами – должно быть одной из первостепенных задач современного поколения специалистов и, более того, всего населения. Безусловно, это требует большого труда, а современный мир как-то с сомнением относится к труду, забывая, что этот важный созидательный процесс не только превратил человека в человека, но и сегодня способен подарить нам чувство наслаждения и гордости за достойно выполненное дело.

Юлия СОЛОВЬЕВА


Номер:  40
Выпуск:  3501
Рубрика:  общество
Автор:  Юлия СОЛОВЬЕВА

Возврат к списку