Главная

26.09.2019

ОТВЕТ НА КОММЕНТАРИЙ О. БГАЖБА К МОЕЙ КНИГЕ

Мнение

Критика зачастую представляется многим людям как нечто негативное или даже как личное оскорбление. Я же всегда считала здоровую критику отличным инструментом для совершенствования работы, относилась к ней, как к предоставленной возможности еще раз проверить собственную аргументацию и выводы. При всем том научная критика должна подчиняться определенным правилам, она обязана строго следовать объективности, поскольку призвана способствовать установлению справедливого соответствия индивидуального мнения – действительности, в данном случае – исторической действительности. Как совершённое с пристрастием правосудие рискует перестать считаться правосудием, так и критика, вводящая в заблуждение, перестает быть критикой, превращаясь в нечто иное. К сожалению, автор комментария относительно моей книги «История и этнография Абхазии. Сборник статей» позволил себе несколько отступлений от объективности и беспристрастности.

Однако, несмотря на субъективность высказываний О.Х. Бгажба, которого высоко чту как масштабного ученого, все же не могу позволить себе обойти вниманием замечания Олега Хухутовича, к моему огромному сожалению, не совсем соответствующие действительности. При этом убеждена, что у автора статьи «Немного о многом» не было мысли вводить читателя в заблуждение.

Олег Хухутович начинает свою статью со следующего утверждения о моей книге: «…сборник… в основном ранее опубликованных» (статей).

Действительно, многие статьи вышедшего сборника, а точнее 9 из 20, на самом деле публиковались ранее. Если быть еще более точной, то это около 160 страниц печатного текста из 495. Не стала бы называть такую часть сборника основной.

Обращаясь к конкретным замечаниям уважаемого О.Х. Бгажба, отмечу, что они обращены только к одной статье моего сборника – «И еще раз о Келасурской, вернее, Великой Абхазской стене». Остановлюсь на них подробнее.

1. Говоря обо мне, О.Х. Бгажба пишет: «…порой уводит от основной темы…отвлечений как бы после неудавшейся джазовой импровизации, возвращается к ней…»

Приведенное суждение относительно моих исторических, археологических, топонимических и этнографических «отвлечений» считаю некорректным для ученого и для научной работы. Насколько я знаю, привлечение разносторонних данных, касающихся основной проблемы, в науке только приветствуется.

2.Оппонируя мне, автор статьи подчеркивает: «Джуаншер упоминает Клисуру 7 раз,…».

Не могу не отметить неоправданное, на мой взгляд, обращение к данным Джуаншера, в том числе и к сказочным рассказам о Вахтанге Горгасале, особенно в связи с его якобы женитьбой на дочери императора Льва I Макелла (457 – 474 гг.). После выхода в свет блестящей статьи Наалы Касландия, которая на основе исторических и других литературных данных доказала полную несостоятельность изложения Джуаншера, ссылки Олега Хухутовича вызывают удивление (Н.В. Касландия. О ситуации в Западном Закавказье в 30-80 гг. VIII в. (К вопросу о достоверности сведений грузинского писателя XI в. Джуаншера Джуаншериани). – Сухум. Абхазоведение. Археология. История. Этнология. Вып. 10. 2016).

3. Далее О.Х. Бгажба пишет: «…крепости Тзибила, Тцахар, Трахея… далеко не «постройки временных фортификационных сооружений…», как считает в своей статье Хотелашвили».

В данном случае, по всей видимости, сыграла роль небольшая невнимательность. На странице 310 я привожу цитату В.А. Леквинадзе: «В данном случае может идти речь только о постройке временных фортификационных сооружений в виде частоколов, засек, завалов, рвов, походных укрепленных лагерей и т. д.». Исходя из этой ссылки, Олег Хухутович делает заключение о том, что, по моему мнению, крепости Тцибила, Тцахар, Трахея были не «вполне нормальными крепостями». Однако, что очевидно, речь шла именно о частоколах, рвах, завалах и других временных сооружениях, возведенных в достаточно опасных местах из бревен и камней. (См. Агафий Миринейский. О царствовании Юстиниана. М., 1996. С. 64). Я нигде не говорю, что считаю эти действительно крепости временными укреплениями.

4. О.Х. Бгажба утверждает: «Без его (Ю. Воронова) работы (схема Келасурской стены) вряд ли бы вышла данная статья». При всей важности упомянутой работы Ю. Воронова моя статья появилась вовсе не в результате ее выхода в свет и полностью независима от неё.

5. О.Х. Бгажба, говоря обо мне, отмечает: « …в пылу критики приписывает то, чего не было на самом деле».

И вновь я сетую на невнимательность, а ни в коем случае не на умышленное искажение написанного мною. Я прекрасно помню о трагической гибели Ю.Н. Воронова в 1995 году. Было бы, как минимум, странно, если бы я датировала его раскопки поздней датой. Я, собственно, этого и не делаю, несмотря на утверждение О.Х. Бгажба. В моей статье написано лишь о том, что в 2000 годах О.Х. Бгажба «вновь возвращается к положениям, высказанным в их совместной работе с Ю. Вороновым». Виной моему такому «заблуждению», по мнению О.Х. Бгажба, стало «личностное отношение автора к нему и Ю. Воронову», но, учитывая такое очевидное искажение сказанного мной, скорее всего, все наоборот. Что еще могло стать истинной причиной такой откровенной необъективности? К сожалению, О.Х. Бгажба вводит в заблуждение читателей, указывая совместную с Ю.Н. Вороновым более позднюю работу, я же писала о материале более ранней работы – о трех башнях Багбаранского участка стены, где был собран, а не раскопан керамический материал. Их же работа с раскопками двух башен проводилась позже. В то же время О.Х. Бгажба в своей критической статье сравнивает раскопанный материал с керамикой, которую обнаружили во время незаконных раскопок краеведы В. Орелкин и В. Вознюк: Приморской башни № 1 и башен № 47 и № 51. Керамика их датирована XI и XII вв. Каким же образом я могла бы сослаться на их неопубликованные и неизвестные мне материалы?

6. О.Х. Бгажба упрекает меня в том, что я не ссылаюсь на книгу Ю.Н. Воронова и О.Х. Бгажба «Памятники села Герзеул». В данном случае справедливую критику признаю и согласна, что это мое упущение. Однако О.Х. Бгажба пишет, что в этой книге, в частности, приведены и результаты раскопок 1907 г. двух шурфов у стены Приморской № 1 башни, которые провел А. Миллер. Керамика датирована XI –XIII вв. Однако в указанной книге этих материалов нет ни в тексте, ни в ссылках, ни в таблицах. Нет и в перечне использованной литературы. Более того, О.Х. Бгажба считает, что я должна была после материалов З. Алексидзе поместить и доклад Л. Хрушковой о Келасурской стене, который она желала прочесть в АбНИИ, но «ей что-то помешало». Каким образом я должна была сослаться на доклад, который не был прочитан, О.Х. Бгажба не объясняет. Да и откуда я могла знать о том, что подобный доклад существовал на самом деле? Думаю, в данном отношении очевидна натянутость критических замечаний.

7. Далее О.Х. Бгажба пишет: «Что же касается… локализации автором крепости мисимиан Тцахар в Адзгаре, мне это представляется большим преувеличением… А пламя горевшей крепости должно было быть высотой более 1,5 км», чтобы его дым увидели соседи, продолжает О.Х. Бгажба.

Характер местности, на которой располагалась крепость Тцахар, которую описывают как «пустынную и чрезвычайно холодную», полностью опровергает мнение о том, что крепость находилась на возвышенности Пскал у с. Наа. О дыме же горевшей крепости не стоит и говорить – он не обязательно должен был тянуться прямым столбом.

8. Затем О.Х. Бгажба отмечает, что в Синайской рукописи… не говорится конкретно о месте, где построили «стену Клисуры».

Это верно, однако нигде в Восточном Причерноморье Кавказа, кроме как в Абхазии, Клисур в виде связанных между собой крепостных сооружений со стенами, не было.

9. О.Х. Бгажба считает, что персы стену не строили, о чем говорит полное отсутствие персидских материалов.

Но до серьезных археологических раскопок, вероятно, говорить об этом рано. Как доказательство отсутствия персов О.Х. Бгажба приводит в пример технологию строительных приемов при возведении Абхазской стены. Однако сами строительные работы проводило, скорее всего, местное население, как это происходило в Прикаспии. Об этом мы знаем от армянского историка Моисея Каланкатуйского (Патканов К.П. Из нового списка географии, приписываемой Моисею Хоренскому// ЖМНП. 1883.Март. С. 30). О схожести строительных приемов я пишу в основном по З. Алексидзе, который сам побывал в Прикаспии и имел возможность провести сравнения.

10. Дважды в своих комментариях О.Х. Бгажба отмечает, что я использую материалы не одновременные описываемым событиям (работа В.А. Леквинадзе и синайская рукопись). Но разве тот же Джуаншер и большинство древних и средневековых письменных источников одновременны им?

11. О.Х. Бгажба пишет, что никогда конкретно не датировал стену XVII веком, однако он не писал и об обратном, к тому же во всех совместных работах выступает в полном согласии со всеми постулатами соавтора. При всем том, пишет он, что «сможет поговорить после археологических раскопок». Но стену ведь датировали без раскопок?

По прочтении данной критической статьи у меня возник вопрос: почему в своих комментариях О.Х. Бгажба не использует очень серьезную книгу Г.В. Требелевой «Великая Абхазская (Келасурская) стена: результаты исследования» (М., 2019). Может быть, тогда и его комментарии, и датировки были бы несколько иными.

Несмотря на все вышесказанное, выражаю благодарность О.Х. Бгажба за проявленный интерес к моему сборнику и критику, правда, только одной статьи. Расхождение во мнениях в исторической науке, в случае ее объективности, всегда были важнейшим подспорьем в деле достижения истины. При этом хочу подчеркнуть, что продолжать серьезные исторические споры и диспуты в данном контексте считаю нецелесообразным, потому как для них существуют более подходящие время и место, прежде всего в научных публикациях и на научных форумах.

М.К. ХОТЕЛАШВИЛИ-ИНАЛ-ИПА


Возврат к списку