Главная

ДЕВЯТЬ СУДЕБ ОДНОЙ СЕМЬИ 09.09.2019

ДЕВЯТЬ СУДЕБ ОДНОЙ СЕМЬИ

АИААИРА – 25

Как бы ни была трагична история человечества, мы все равно воспринимаем жизнь как состоящую из радостей, из счастливых событий. И хотя летом 1992 года в Абхазии в воздухе пахло грозой, каждый из нас радовался яркому небу, плещущей через край молодости, и жил надеждой на лучшее. Но реальность оказалась жестокой – по сути, не сентябрь 1993-го, а 14 августа 1992 года стало точкой отсчета нашей новой истории.

И именно потому что это было с нами, с участием наших родных и близких, и их кровью завоевана и оплачена Победа, мы чувствуем ответственность за ценности, которые исповедовали люди – без сомнений, без колебаний – преградившие путь врагу. Порой даже без оружия практически голыми руками.

Оставим историкам делать важные основополагающие выводы и расскажем только об одной семье, в которой на защиту родной земли встали все способные держать в руках оружие мужчины. А сколько таких семей по всей нашей Абхазии! И как бы ни храбрились дезертиры с орденами, число которых, увы, множится, история все знает!!! Ее не переписать!

Нелегко найти в Абхазии дом, в котором бы Отечественная война народа Абхазии не оставила своего страшного следа боли и потерь. Не обошла она стороной детей и внуков Хаджарата Адзынба, того самого Хаджарата Тагуа-ипа, первого председателя Джгярдского колхоза «Акакач», которого знали и за пределами Очамчырского района: такой уважаемый он был человек. С супругой Камачич Ашуба они воспитали семерых детей – пятерых сыновей и двух дочерей. Первенца Датикуа семнадцатилетним отняла у них болезнь; красный командир, лейтенант Леварса, призванный на фронт в годы Великой Отечественной войны, в 1942 году пропал без вести в болотистых лесах Смоленщины.

Чика Адзынба с супругой Верой Габлия воспитали четверых: сыновей Гарри (Гашик), Рушьа (Гена), Темура (Бау) и дочь Джульетту.

У Павла Хаджаратовича с Людмилой Зосимовной Таркил детей двое – дочь Адочка, потерявшая мужа на войне, и сын Адгур.

Четверо детей было в семье Ивана Хаджаратовича и его супруги Марии Уваркиной – Дмитрий, Данакай, Джон и дочка Джемма.

Имя Нелли Хаджаратовны Адзынба, кандидата филологических наук, директора Института усовершенствования учителей, автора множества книг, в том числе актуальных сегодня учебников и хрестоматий, вписано в историю современной Абхазии. Имя Нелли Адзынба носит сегодня Институт педагогики. Нелли Хаджаратовна не дожила месяца до начала войны, скончалась на руках близких 17 июля 1992 года.

Еще одна дочь Хаджарата – Дзабуля (Зоя) была замужем за Михаилом Константиновичем Когония, с которым они вырастили прекрасных сыновей Лашу и Алхаса. Всю жизнь Дзабуля Хаджаратовна проработала в системе торговли и за самоотверженный труд (а это непросто в такой отрасли!) была удостоена ордена «Знак Почета». Умерла она в июле 2014 года, а Михаил Константинович пережил не только сыновей, но и спутницу жизни своей почти на четыре года.

Из девяти внуков и трех внучек Хаджарата все девять молодых мужчин – все девять братьев, никогда не считавших: двоюродные они между собой или родные – все девять с первых часов войны без раздумий встали в строй. Пятеро из девяти так и остались на войне и в памяти близких – молодыми.

– Весть о начале войны в наш джгярдский дом принес брат Алхас Когония, – вспоминает кавалер ордена Леона Адгур Адзынба, – утром 14 августа по пути в деревню в районе Тамышского поворота он увидел, что в сторону Сухума движется колонна грузинских танков. Алхасу удалось проскользнуть незамеченным и сообщить всем, что началась война. В Джгярде сразу стали создавать отряд, возглавить который доверили Гашику. В свое время он отслужил три года в Советской армии в Йошкар-Оле, в ракетных войсках стратегического назначения командиром выпускного расчета, – поясняет Адгур. – В отряд вошли все наши братья (кроме нас с Лашей).

Для Лаши Когония война началась раньше, чем для многих других. Он добровольно оказался в числе первых воинов Отдельного полка внутренних войск Абхазии, созданного по призыву Председателя Верховного Совета Абхазии Владислава Григорьевича Ардзинба.

Его товарищ, Батал Джапуа, начальник штаба Восточного фронта, вспоминает, как в начале января 1992 года в здании, где сегодня находится Абхазский институт гуманитарных исследований им. Д.И. Гулиа, а в то время располагался Форум народного единства, Владислав Григорьевич выступал перед активистами Форума и молодежью. Он начал с того, что после развала Советского Союза и ухода из Абхазии 8-го полка, необходимо создавать собственную армию, и призвал офицеров и юношей призывного возраста вступать в ее ряды.

Сразу стали записываться, и записались сотни. И только после этого люди решились на вопрос: «А когда надо идти?» – Завтра в восемь утра, – прозвучал ответ.

Наутро к автобусам, отправлявшимся в часть, пришли единицы… Не каждый был готов резко изменить жизнь, но все-таки автобус отправился в село Ачадару Сухумского района не пустым, а с первыми абхазскими воинами. Среди них и были Батал Джапуа и Лаша Когония. Так начала формироваться Абхазская гвардия, показавшая в августе вторгшемуся врагу, что ему здесь не место.

14 августа Лаша с группой солдат-срочников в первый день войны оказался в плену. После того, как через 18 дней их обменяли, он тут же отправился на Гумистинский фронт. Лаша был заметной фигурой и в прямом, и в переносном смысле – высокий, крупный, очень добрый. Он окончил исторический факультет Абхазского государственного университета и аспирантуру в Московском институте археологии. До того, как вступить в гвардию, он работал археологом. И хотя археология была для Лаши не просто профессией, он был ею серьезно увлечен, но без сомнений сделал выбор в пользу военной службы. Трудно представить, какая революция должна была произойти в его душе, ведь он был очень тонким, одухотворенным человеком.

Свидетели его военных будней рассказывают, что до дня гибели – за короткие два первых месяца войны он успел много раз принять участие в дерзких вылазках на занятую врагом территорию, работал с картами.

А в начале октября Лаша в составе небольшой группы несколько суток удерживал высоту на правом берегу Гумисты. Подкрепление так и не подошло. Группу окружили, и бойцы, отбиваясь, стали спускаться к Гумисте. Сутки выходили из окружения. Все были ранены. Лаша настаивал, что надо переходить реку к своим, потому что оставаться опасно. Он ушел искать брод и больше его никто не видел. Река унесла его в темноту… Он так и значится пропавшим без вести 13 октября 1993 года.

Родной брат Лаши Алхас Когония участвовал во всех боестолкновениях, которые вел Джгярдский отряд – до последнего своего боя 28 ноября 1992 года в поселке Кетуане (Куачира). Он обладал потрясающей интуицией и поставлял бесценные разведданные. Посмертно награжден орденом Леона.

Для Адгура Адзынба война началась на нижнем Гумистинском мосту. Адгур Павлович Адзынба, выпускник Московского инженерно-строительного института, в то время работал начальником участка СУ-1 Общестроительного треста № 6.

Сначала Адгур был в ополчении. А уже 17 сентября вместе с еще тремя специально обученными бойцами вертолетом был переправлен на Восточный фронт с установками ПЗРК, которые планировалось использовать для защиты Ткуарчала и окрестных сел.

Ему довелось участвовать в боях в селе Атаре и окрестностях сопки Ануарху. В первых числах декабря 92-го с тяжелой контузией по приказу Мушни Хварцкия был отправлен сопровождать раненых в Гудауту. После лечения Адгур становится бойцом отряда быстрого реагирования, снова был ранен, но до победного наступления успел вернуться в строй и дошел до Ингура.

Почему именно Гашик стал командиром? Ведь после окончания биолого-географического факультета Сухпединститута он работал в школе, в Министерстве образования – зав. отделом идейно-нравственного воспитания молодежи, а потом был назначен директором Абхазского интерната № 1. И в селе Джгярде, и в семье Гарри обладал непререкаемым авторитетом, к его слову прислушивались.

Джгярдскому отряду вместе с другими подразделениями Восточного фронта приходилось вести ожесточенные бои на разных участках, наносить врагу ощутимые удары, ослабляющие его веру в собственную неуязвимость.

Вместе со старшим братом Гашиком воевал и младший Темур, которого называли Бау, Баучик. Это был один из самых ярких бойцов Восточного фронта. Погиб Темур 25 февраля 1993 года, посмертно удостоен звания «Герой Абхазии».

Средний брат Гашика Рушьа (Гена) также воевал на Восточном фронте. Ему посчастливилось встретить день Победы и гнать врага до Ингура. Награжден медалью «За отвагу».

Бесстрашным бойцом зарекомендовал себя старший сын Ивана, Данакай Адзынба. Он сражался в составе Джгярдского подразделения с первого и до последнего дня. 1 октября 1993 года в составе группы бойцов они выехали в Гудаа и нарвались на засаду. Погибли трое: Данакай, Виталий Амичба (лучший друг и побратим Темура (Бау) и Бесик Жанаа. Данакай посмертно награжден медалью «За отвагу».

Дмитрий Иванович Адзынба погиб уже после войны 25 февраля 1994 года. В день гибели Темура (Бау) по дороге в Гудаа машина, в которой вместе с Дмитрием ехали также представители семей Жанаа и Амичба, подорвалась на мине, установленной еще рыскающими по Абхазии бандитами из «Лесных братьев».

Самый младший из братьев Джон Адзынба, также прошедший всю войну и награжденный медалью «За отвагу», по-прежнему живет в Джгярде, у него трое детей.

Имя Героя Абхазии Гашика Адзынба и связанные с ним подвиги известны каждому воевавшему на Восточном фронте. В феврале 1993 года он был назначен комиссаром фронта и принимал непосредственное участие практически во всех боевых операциях. Награждал героя лично Главнокомандующий Владислав Григорьевич Ардзинба.

Юлия СОЛОВЬЕВА


Возврат к списку